Статья опубликована в №33 (855) от 30 августа-05 сентября 2017
Общество

Выбраться из-под пресса

Живописец Эдуард Шарипов: «Мелкий убогий ремесленник Леонардо да Винчи определил жизнь последних шести столетий»
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 31 августа 2017, 14:00

Не каждый день вы встречаете людей, которые считают, что они как художники превзошли Микеланджело Буонарроти и Леонардо да Винчи. Но это был как раз тот день. Псков. Дом Сафьянщикова. Открытие выставки с не предвещающим сенсации названием «Разные о разном». Члены общественного движения «ПсковАрт» демонстрировали свои действительно разные произведения. Речь не только о тематике. Здесь чувствовался разный подход к плоскости, к цвету, к тому, зачем вообще художник берёт в руки кисть.

«Смысл этой выставки — соединить несоединимое»

На красной скатерти на видном месте, словно Библия, лежал раскрытый первый том шеститомника «Истории КПСС», изданный в 1965 году. «Зачем вы его положили?» — спросил я Анатолия Жбанова, автора висящих за книгой картин. «Я положил просто так, — ответил он, хитро улыбаясь. — Мне важно заставить человека думать».

Когда вы приходите на какую-нибудь выставку и видите что-то непонятное, то считайте, что авторы достигли своей цели. Чем непонятнее, тем больше возникает вопросов. Вы на них стараетесь ответить. Значит, процесс пошёл. Вы не прошмыгнули мимо, а зацепились. Допустим, прониклись недоумением, а то и возмутились. То есть современные авторы уже достигли своего результата. Они довольны.

Анатолий Жбанов и Эдуард Шарипов на открытии выставки «Разное о разном». Фото: Алексей Семёнов / «ПГ»

«Смысл этой выставки — соединить несоединимое, — объяснил ещё один участник выставки «Разные о разном» Эдуард Шарипов. — Обычно выставки очень одинаковые. В Пскове то же самое. А здесь работы спорят, разговаривают — каждая на своём языке».

Действительно, кажется, что работы в двух с половиной залах небольшой галереи современного искусства в «Доме на набережной» развесили по стенам произвольно. Умиротворяющие реалистические пейзажи, чёрно-белые фотографии, нестандартные литографии и стандартные виды Изборска, нефигуративная живопись…

На открытии выставки немногочисленным посетителям Эдуард Шарипов рассказал о «кодировании мёртвой плоскости» (по мнению Шарипова, в смысле плоскости работы Сурикова, Малевича и Кандинского ничем друг от друга не отличаются, «плоскость не обманешь»). И вообще, по его словам, со времён эпохи Возрождения в мире изобразительного искусства ничего не изменилось. Впрочем, не всё так плохо, считает Эдуард Шарипов. Он выделил фрески псковского Снетогорского монастыря, живописцев Древнего Китая, башкирские пещеры времён палеолита («там нет зажатости»)…

«Древние люди были тоньше, умнее, — постарался объяснить он свои взгляды. — А нынешние люди зомбированы литературным словом, и мы видим, как мысли отражаются на плоскости. Но это не живопись, а иллюстрация. Мне неинтересен такой подход. Сто ребят, и все на один лад. Я этого не понимаю. Что же надо делать? Перевернуть всё. Многое…»

«За последние шестьсот лет у людей — зрителя и художника — выработался плохой вкус»

Эдуард Шарипов регулярно публикует в интернете свои литературные миниатюры на эту же тему. У него есть текст «Плохой вкус». Вот он: «Люди во многом зомбированы. Общество давит на мозги. Да и смысл слова, его суть, как механика внушения, отрабатывает своё. Литературно-сюжетная оправа мысли.

Я по своей природе живописец и смею утверждать, что за последние шестьсот лет у людей — зрителя и художника — выработался плохой вкус».

Если есть плохой вкус, то, значит, есть и хороший. Какой?

Шарипов противопоставляет литературно-сюжетной живописи фрески псковского Снетогорского монастыря Древние фрески башкирского палеолита, псковские фрески Снетогорского монастыря — это лучшее, что сделано руками человека. Это тёплая стена, от которой можно и должно России оттолкнуться. Это другой формат мозгов, говоря современным языком...»).

А пока что Эдуард Шарипов оттолкнулся один или с предельно узким кругом единомышленников, с которым очень легко не соглашаться.

Когда слушаешь Шарипова, то первое, что хочется спросить: а зачем здесь слова? Вы же против литературоцентризма? Но вопроса я такого ему не задал, а попросил лучше на примере какой-нибудь его картины рассказать, чем его живописный подход отличается от того, что навязали человечеству Леонардо да Винчи, Рафаэль и другие «ремесленники» (у Шарипова есть миниатюра «Ремесленник». Она состоит из трёх предложений: «Как всё печально. Мелкий убогий ремесленник Леонардо определил жизнь последних шести столетий. Маразм»).

В ответ Шарипов стремительной походкой повёл меня в другой зал — туда, где до открытия галереи размещалась его мастерская. Он подвёл меня к своей картине 2008 года «Структура». На ней было что-то вроде коридора, созданного мазками чёрного и серого цвета.

Эдуард Шарипов. «Структура». Холст, масло.

«Ноги растут из «Тайной вечери». Это довольно примитивный подход…»

«Суть в том, что человек увидел и получил информацию сразу же, не разглядывая картину, не отвлекаясь на сюжет и подход «похоже — не похоже», — пояснил Эдуард Шарипов. — Здесь работают не углы. Нет времени разглядывать картины. Происходит сокращение времени… Почему Снетогорский монастырь крутой? Потому что они уничтожили время… Китайцы и мы говорим на языке образа…»

Насколько я понял, разница между «мёртвой линией» и «живой линией», по Шарипову, в том, что в первом случае художник рисует форму, а потом её раскрашивает, как на детских картинках-раскрасках, а во втором случае сразу пишет всю форму.

Потребовалось уточнение: «Значит ли это, что вы считаете себя лучше Леонардо да Винчи?» — «Мы — номер один», — убеждённо ответил он.

Эдуард Шарипов не из тех, кто любит шутить. Похоже, он и здесь не шутил: «Здесь важны цвет, форма, плоскость. Мы ещё живём в эпоху Леонардо — под прессом Возрождения. Для этой эпохи важны наука, религия, искусство… Ноги растут из «Тайной вечери». Это довольно примитивный подход. Там мёртвая плоскость… А в Снетогорском монастыре другой подход. Это самое ценное, что есть… Я об этом 30 лет молчал…»

30 лет — большой срок. Сегодня Эдуард Шарипов утверждает: «Поймите, я живописец, я древний воин. Я же здесь не сказки про великое прошлое и великое будущее России рассказываю».

Сказки не сказки, но без желания прикоснуться к «великому прошлому» здесь точно не обходится. В Пскове, во всяком случае, похожие мысли приходят на ум не одному только Шарипову. Это настораживает, потому что похоже на утверждение «Россия начинается здесь». Если вы хотите услышать что-то вроде «Мы — № 1», то вам срочно надо ехать в Псков. Здесь вам популярно расскажут, как плох и страшен Запад и как хорош Восток. И какое особое место в мироздании занимает Псков.

Дмитрий Яблочкин. «Китоврас». Литография.

В категоричности Эдуарда Шарипова чувствуется авторитарный, а то и тоталитарный подход. И действительно, если вчитаться в тексты Шарипова, то ответы найдутся быстро. «Не могу понять блудливую логику о том, что диктатор — это так плохо, — пишет он. — Задаю простой вопрос: ПО-ЧЕ-МУ?.. Там, где нет диктатора, диктатуры, то там правит толпа…» Судя по тому, что пишет Шарипов, выбирать приходится между умным диктатором и умным, а третьего не дано.

Его миниатюра под названием «Сталин» состоит всего из трёх слов: «Сталин не воровал». Из всех деяний этого диктатора автор выбрал самое для него в момент написания существенное: не воровал (миллионы отнятых жизней не считаются). В другом месте Шарипов разъясняет: «Человек с хорошим вкусом воровать не будет. Как-то это связано на высшем уровне с порядочностью…»

Схожим образом сегодня любят рассуждать о бескорыстии Путина, который будто бы тоже бессребреник. Владеет автоприцепом «Скиф» и внедорожником «Нива». И всё. Не для себя живёт, а для страны и печётся о судьбе человечества.

«Большая игра» и «Охранники России» Анатолия Жбанова и первый том «Истории КПСС».

Взгляды Эдуарда Шарипова, если иметь в виду «мёртвую плоскость» эпохи Возрождения, кажутся вызывающими и непопулярными. Но зато всё остальное вполне традиционно для средней полосы России. Он пишет: «Чем ближе к западу, тем всё примитивнее и глупее». Но так в России считает каждый второй. И поиск «золотого века» в прошлом — это тоже обычное дело. Предки, в отличие от большинства современников, кажутся умными и талантливыми. Для Шарипова фрески башкирской пещеры Шульган-Таш или псковские фрески XIV века — вершина. А дальше — непрекращающийся закат и самоповторы.

«В ХХ веке новых живописных идей не было, одни и те же приёмы, перекрытие углов….» — считает Эдуард Шарипов.

Но выставка «Разные о разном» так бы не называлась, если бы на ней выставили работы только Шарипова и Жбанова. Работы Анатолия Портнягина, Дмитрия Яблочкина, Ираиды Самойленко, Николая Самойленко… Их создатели явно не готовы подписаться под тем, о чём говорит Эдуард Шарипов, обращая внимание на «матрицу безвкусия».

Но почему-то кажется, что «матрица безвкусия», созданная в эпоху Возрождения, всё ещё не исчерпала себя.


Чтобы оперативно следить за самыми важными новостями, подписывайтесь на наши группы «ВКонтакте», «Телеграме»«Твиттере» и «Фейсбуке».

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  553
Оценок:  6
Средний балл:  9.8