Статья опубликована в №23 (845) от 28 июня-04 июля 2017
Общество

«Ну реально не хватило денег чуть-чуть!»

Учредитель ООО «Строй-Кром» Михаил Сидоров уверяет, что достроил бы дом на Индустриальной, 6а, если бы только мог
Светлана ПРОКОПЬЕВА.	 Светлана ПРОКОПЬЕВА.  30 июня 2017, 19:55

В конце этой недели, 30 июня, подойдёт очередной срок сдачи дома по Индустриальной, 6а. Но иллюзий никто не питает – дом всё так же не готов ко вводу в эксплуатацию. Обманутые дольщики – собственники квартир – каждую неделю выходят на пикет к зданию областной администрации и Псковского областного Собрания депутатов. Оттуда временами выходит спикер парламента Александр Котов и предлагает людям ещё немного подождать. «Процесс идёт, но и ускорить его мы не можем», – выразился он во время последней встречи с дольщиками 22 июня.

Постоянный участник пикетов Татьяна купила свою квартиру на Индустриальной, 6а в 2013 году. Тогда, вспоминает она, строительство шло молниеносно – «за месяц появлялся целый этаж». Договор долевого строительства перед подписанием она вычитала с юристом, отметив момент, что цена квадратного метра зафиксирована и не может меняться ни при каких обстоятельствах. На всякий случай, «спросила в администрации» про застройщика, ООО «Строй-Кром»: «Сказали, застройщик хороший, покупайте».

Новоселье предполагалось летом 2015 года.

«Мы ни о чём не подозревали, пока время не стало подходить к сдаче дома», – рассказывает Татьяна. Ну а о чём подозревать? Коробка стоит, трубы протянуты. Даже лифт привезли и поставили. Не подозревали дольщики о том, что за выполненные подрядчиками работы застройщик не платил.

В итоге – нет остекления балконов-эркеров, нет асфальта и газонов вокруг - это то, что видно невооружённым глазом. Что не видно: за лифт долг, за газ долг, электричество подведено по временной схеме, вода – только холодная, а с отоплением вообще целая драма. Некоторые собственники поспешили сделать ремонт, а тут вдруг возникла угроза разморозки дома. Перед ПТС «Строй-Кром» тоже накопил долги (и за тепло, и за услуги), и естественно, муниципальное предприятие не собиралось работать в убыток.

Тогда дольщики скинулись и собрали застройщику 600 тысяч, чтобы он расплатился с теплосетями, рассказывает Татьяна.

Она сама приступать к ремонту не рискует. И так уже продала квартиру и выгребла все сбережения. Другие – ещё больше: брали кредиты, использовали маткапитал, чтобы купить жилплощать в «элитном доме». Именно так подавали в рекламных материалах эту десятиэтажку, втиснутую во двор панельного дома по Индустриальной, 4. Это чистейший образец уплотнительной застройки – когда на старую инфраструктуру садится новый дом, усложняя жизнь всем окружающим.

Учредители фирмы-застройщика уверяют, что на достройку дома по адресу Индустриальная, 6а не хватило 3,5-4 миллиона рублей. Фото: Артем Аванесов / ПГ

Раньше на этом месте стоял то ли склад, то ли гараж, а теперь – 54 квартиры, в том числе, шесть двухуровневых. «В комплексное благоустройство территории входят также детская площадка и прогулочная зона», – говорилось в одной из статей, автор которой, по всей видимости, никогда не бывал на Индустриальной. И рекламные тексты про этот дом, и 3D-картинки, где кирпичная башня с «окнами в пол» стоит посреди зеленых газонов, создавали обманчивое впечатление неминуемого счастья.

В августе 2016 года пайщиков с Индустриальной, 6а официально включили в реестр обманутых дольщиков.

Сегодня власти вместе с собственниками квартир пытаются хотя бы понять, сколько именно средств не хватает для завершения строительства. Но и это не удаётся.

«Мы не можем получить исчерпывающую информацию от застройщика. Всё, что мы сейчас видим, не бьётся – баланса нет. Поэтому для определения стоимости необходимо провести инвентаризацию и получить сведения о задолженностях застройщика, что не так-то просто – для этого нужно иметь на руках коммерческие договоры», - комментирует Александр Котов.

У обманутых дольщиков есть свой антигерой. И это не Валерий Галкин, генеральный директор «Строй-Крома» (ему, если что, и отвечать за всё перед законом): это второй учредитель фирмы-застройщика Михаил Сидоров. По словам дольщиков, ему принадлежит одна из двухуровневых квартир на 9-10 этажах дома. Во всех пяти комнатах якобы сделан шикарный ремонт, есть и вода, и тепло, и свет, и бытовая техника. При этом, говорят дольщики, Сидоров свою долю в строительстве так и не оплатил. И не желает продавать квартиру, чтобы достроить дом – негодуют люди.

«Псковская губерния» связалась с Михаилом Юрьевичем, чтобы услышать его точку зрения. Наш первый вопрос: кем он себя считает – обманутым дольщиком или тем, кто несёт ответственность за это строительство?

– Ответственность за стройку – это ООО «Строй-Кром».

– Но вы же – один из учредителей?

– Да, являясь учредителем, я тоже переживаю за этот дом.

– Правдива ли наша информация, что вы тоже живёте в этом доме?

– Да, да.

– И как там у вам условия?


«Мы же не бросаем, мы никуда не убегаем»: Михаил Сидоров уверяет, что ситуация не так серьезна, как ее представляют.

– Живу, всё нормально. Ну так есть водопровод, канализация, отопление, электричество – всё есть. Там, в этом доме, уже живут порядка 7-8 квартир. В доме уже два провайдера, и кабельное телевидение, и всё есть. Телевизоры висят и всё, люди живут! Где-то в 22 квартирах в этом доме уже сделаны ремонты, какие-то частично уже с мебелью стоят.

– А какие остались проблемы с вводом в эксплуатацию?

– Проблемы какие – эркеры не поставлены. То есть такие окна в пол, балконы. По проекту было сначала просто ограждение, а мы решили, что должно быть красиво и решили сделать стеклянные эркеры, сами себе на голову. Сейчас не хватает 20 эркеров в доме.

– И благоустройства у вас там не хватает.

– Ну, благоустройство: поребрики, ограждения, дорожки – мы сделаем. Есть плитка для этого, и дорожки пешеходные мы замостим. А вот основная площадка – мы будем пытаться разговаривать с администрацией. Потому что, последний раз мы разговаривали, они предложили, чтобы инициатива шла и от дольщиков, тоже сделать что-то, и они будут помогать всеми руками и ногами. Оказывать и юридическую помощь, и по возможности, ну, физическую. То есть будем пытаться договариваться, чтобы они, может, какую-то подрядную организацию попросили заасфальтировать. Всё равно там во дворе будут делать ремонт, там дороги разбиты. Но это не наша вина!

– То есть за счёт города вы хотите это сделать?

– Ну, попросить… Конечно, хотелось бы, чтобы всё на себя взяли, но мы понимаем, что администрация, во-первых, по закону не имеет права вкладывать деньги из областного бюджета, и просто найти деньги в областном бюджете не получится.

– Ну да. Нецелевое расходование получится.

– Совершенно верно. Я-то это понимаю. И видя ситуацию со «Строй-Кромом», я знаю, что денег нет. Люди говорят: вы давайте своим имуществом. У меня имущества нет! Вот эта квартира, в которой я живу, она заложена.

– Вы её заложили?

– Да, я заложил её, и деньги вброшены в строительство. Я продал свою машину. Тоже вложил в строительство. То есть у меня как у частного лица нет ничего, чтобы можно было продать и вложить. Я бы с удовольствием дом закончил. Но к сожалению... Я могу только что: я сейчас звоню каждому дольщику в доме и с каждым по 10-15 минут разговариваю, задаю вопросы. Общаюсь. Мы много собраний проводили, но люди возмущены, я всё понимаю, нервничают, и не понять. Кто-то соглашается к конструктиву, кто-то не соглашается. И вот, я сейчас обзваниваю, с каждым разговариваю, чтобы понять, чем дольщики дышат, кто что может, кто не может своими силами. И так, обзвонив порядка 42 квартир из 54, я вижу, что есть конструктив и что есть решение.

– Я вот, наоборот, общалась с людьми, которые на вас злы. Говорят, что вы денег не вложили, а, мол, ремонт у вас сделан и всё хорошо, в отличие от остальных…

– Так а все в доме – вы понимаете, в доме, в квартирах-то отделка сделана, чистовая! Люди могут приходить, делать ремонт. Они приходят, берут ключи – я же не препятствую никому! В подъезде всё чистенько. Если будет какая комиссия, я буду просить, чтобы прошли в каждую квартиру и посмотрели.

– Под «чистовой отделкой» вы что имеете в виду?

– Есть стяжка, отшпаклёваны стены, отшпаклёваны потолки, есть водопровод, есть канализация, отопление, электричество. Для того, чтобы человек зашёл и начал делать ремонт, что он и планирован – пожалуйста, и любой может жить. Я ж говорю, у нас только в 20 квартирах не поставлены эркеры, потому что ну нет возможности! Но есть люди, которые сказали: это наши квартиры, и все что в наших силах, мы сделаем. Вот они ставят эркеры. Сейчас я буду обзванивать: всё, что выше шестого этажа, там надо сделать пожарный люк и лестницу на балконе, это тоже продвижение вперед. И на сегодняшний день для сдачи дома нужны счётчики электрические с модемом. Они дорогие: на весь дом надо порядка 300 тысяч. Вот, сейчас я всех обзваниваю, все в принципе готовы поставить счётчики за свой счет. И в принципе всё, вопрос закрыт!

– А ещё с теплосетями у вас была проблема?

– С теплосетями – у нас задолженность на «Строй-Кроме». Но если дом будет сдан в эксплуатацию и будет проходить под названием «жилой дом», и каждый житель этого дома заключит договор – не доводя дом до сдачи, заключит договор – с тепловиками, то эти долги останутся на «Строй-Кроме», но дом не отключат от отопления. Потому что, я знаю, люди боятся этого. Все боятся, потому что в половине дома сделаны ремонты, и как бы беды не было. Но мы работаем в контакте с администрацией, и я не думаю, что администрация допустит это.

Я просто людей упрашиваю, дольщиков упрашиваю. Ну вот попала компания «Строй-Кром» в эту ситуацию. Мы же не бросаем, мы никуда не убегаем. Не прячемся, ни в банкротство не уходим. Мы пытаемся что-то сделать. Я упрашиваю дольщиков: ну вот попали мы в такую ситуацию, ну давайте последний рывок сделаем! Потом, понятно, что со «Строй-Кромом» будут решать вопрос и правоохранительные органы, но дом-то надо сдавать! Сами второй год мучаемся из-за каких-то небольших денег, если это распределить на метры квадратные. И думаю, люди уже сами это поняли. Хотя я это говорил уже год назад. Год и три месяца у нас такая ситуация.

– Михаил Юрьевич, ну объясните хотя бы примерно, простыми словами: как так получилось, что денег не хватило?

– Ну давайте, я примерно... Я сам теряюсь в этой ситуации. В связи с тем, что затянулось это строительство, у нас дополнительно были расходы на охрану, ежемесячно 40 тысяч. У нас дополнительно были траты на электричество. Затем, когда мы начинали строительство, там есть некоторые договора по 32 тысячи за метр. В конечном итоге там по 40 уже покупались. По деньгам – ну реально не хватило денег чуть-чуть! Мы быстро строили: коробку быстро построили, ну вот на последнем этапе не хватило сил... Ну я же говорю, три с половиной - четыре миллиона рублей на такой дом, который стоит 120 млн!.. И все, кто приходил туда, видят, что есть 97-96% готовности дома. Были бы деньги – неужели бы мы устроили эту ситуацию, чтобы был ажиотаж и в газетах, и по телевидению? Ну реально нету! Мы же никуда не убегаем, мы здесь, мы готовы...

– А вот другие фирмы у вас есть…

– Какие?

– Например, ООО «Грейс» или ООО «Грандстрой»…

– Ну вы же понимаете, что это тоже банкротство. Они мёртвые, все счета заблокированы, всё. Понятно, если бы у меня что-то работало, конечно бы я что-то делал. Конечно, люди заходят в реестр, видят, что я – учредитель каких-то фирм. Но это мёртво всё. Если мёртво наступило здесь, то, я говорю, мёртво и везде. Всё! От моего бизнеса уже ничего не осталось. Я не знаю, восстановлюсь я или нет. Я хочу восстановиться, но меня связывает по рукам и ногам эта Индустриальная. Если бы хотя бы он был завершен, я бы... Понимаете, каждый день видеть дольщиков на площадке, общаться... Я же тоже, у меня же совесть-то есть!

– Вы вместе с ними не выходите на пикеты?

– А зачем? Я считаю, что пикетирование и требование от администрации денег – это тупиковая ветвь. Она ни к чему не приведёт, а только год и три месяца конфронтация. Ничего не будет. Я уже давно понимаю, что нужно своими руками. Есть люди в доме, которые это понимают, и они уже сами всё сделали, а есть люди, которые просто выходят на пикеты, в интернеты. Я считаю, что это тупик. От того, что люди будут выходить на пикеты и писать статьи в газеты, ничего не произойдет. Могут меня разорвать, могут повесить, убить, расстрелять, но ничего не изменится…

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  1370
Оценок:  8
Средний балл:  10