Общество

Подзабытая экспедиция

«На Псковщине существуют курганы с живыми обитателями»
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 10 августа 2018, 17:30

Редкий случай. В Центральной городской библиотеке города Пскова прошла не только презентация книги, но и выставка одной книги (с рисунками, вывешенными на стенах). А в завершение показали редкий документальный фильм. И книга (третье дополненное издание «Загадки Чудского озера»), и рисунки, и фильм, снятый в 1958 году, посвящены экспедиции, которую во время презентации назвали забытой. Речь об экспедиции по поиску места Ледового побоища, продолжавшейся в наших краях несколько сезонов с конца 50-х годов ХХ века.

1. Забытая экспедиция?

«Совершенно не могу согласиться с тем, что это история забытой экспедиции, – взяла слово самый известный псковский археолог Инга Лабутина. – Псковские учителя говорят о ней своим ученикам».

Инга Константиновна принимала участие в той экспедиции. Её даже можно увидеть на документальных кадрах, показанных в библиотеке (эпизод, когда археологи спускаются на землю с вертолёта).

После этой реплики завязался лёгкий спор о том, чем отличается забытая экспедиция от известной. Допустим, мы сейчас выйдем на улицу и начнём спрашивать прохожих: что вы знаете об экспедиции генерала Караева, начавшейся в 1958 году? Многие ли ответят?

Но вряд ли это будет показательный опрос. Если пройтись по улице с умными вопросами, то может возникнуть впечатление, что никто вообще ничего не знает. Если верить недавнему опросу ВЦИОМ, 4,4 миллиона граждан России старше 18 лет верят в то, что Земля – плоская. Что там говорить о прохожих, если даже авторы специализированных исторических материалов иногда называют руководителя той экспедиции Г.Н. Караваевым, хотя он всё-таки Георгий Караев – военный историк, генерал-майор, автор нескольких книг, изданных ещё до выхода книги «Загадки Чудского озера».

2. Оловянные солдатики

Книгу «Загадки Чудского озера» написали Георгий Караев и Александр Потресов. Первое издание – с фотографиями Александра Потресова и рисунками Тамары Рейн - вышло 65-тысячным тиражом. Через десять лет книгу переиздали 100-тысячным тиражом. В читальном зале эти книги, изданные в 1966 и 1976 годах, можно было полистать. Первое издание (256 страниц с иллюстрациями) в книжных магазинах СССР стоило 81 копейку. Более того, в советское время книгу «Загадки Чудского озера» (правда, без ведома авторов) перевели на эстонский язык, выпустив 30-тысячным тиражом (книга, видимо, должна быть в доме каждого эстонца).

Рисунок с Инной Константиновной Лабутиной (Голуновой). Иллюстрации из книги "Загадки Чудского озера", 1966 г.

И вот теперь настало время третьего издания, стилизованного под первые два. Однако книга значительно толще – за счёт фотографий, в первое и второе издания не попавших.

Заведующая читальным залом Центральной городской библиотеки города Пскова Татьяна Котова, держа в руки новую книгу, произнесла: «Мы давно не видели такую хорошую полиграфию». За оформление книги отвечала дочь самого юного участника экспедиции Владимира Потресова - художник, полиграфист Юлия Потресова. На псковской презентации она сказала: «Это было счастье – прикосновение к изобразительной культуре того времени. Фото, рисунки, наброски…. Сейчас во многом эта изобразительная культура ушла».

Действительно, первые два издания выглядят скромнее. Зато первой публикации сопутствовала реклама, которой сегодня быть не может. Книгу по будням в 16:15 читали по всесоюзному радио. Это была детская передача, но так как радио было в каждом доме, то книжные главы слушали миллионы человек по всей стране. Не только дети.

Не все научно-популярные книги, издававшиеся в то время, выдержали испытание временем. Язык этой книги, несмотря на опасения, не устарел. Начинается книга без раскачки, со слов: «Как ни странно, но всё началось с оловянных солдатиков… Они были расставлены в боевом порядке на большом столе, покрытом белой бумагой, изображающей ледяную поверхность Чудского озера». Подзаголовки, как в романах Жюля Верна: «Глава эта не даёт точный ответ, кому именно принадлежала отрубленная голова, но зато читатель узнаёт её, что на Псковщине существуют курганы с живыми обитателями», «О подводной археологии во время смерча…» и т.п.

3. Научный штаб

Оловянными солдатиками не только началось, но и продолжилось… Кто был в Самолве – в тех местах, где происходило в апреле 1242 года Ледовое побоище, - не даст соврать. Речь о частном музее. Кажется, что описанное в книге хотя бы частично материализовалось и застыло в музейных витринах.

Сын Александра Потресова московский писатель Владимир Потресов стал не только инициатором третьего, обновлённого издания. Образно говоря, экспедиция, начатая в пятидесятые годы прошлого века, благодаря его усилиям и усилиям единомышленников продолжается. Пока существуют загадки, будут находиться люди, которые захотят их разгадывать. Это экспедиция длиной почти в целую жизнь.

Владимир Потресов подростком вместе со своими родителями – Александром Потресовым и Тамарой Рейн - принимал участие в той научной экспедиции. Это были сезоны 1959 -1963 годов.

Сегодня Владимир Потресов – писатель и издатель, автор многих документальных и художественных книг («Судоверфь на Арбате», «День неприкаянных», «Тайна Вороньего камня», « Арбат нашего детства» и др.) И что не менее важно – он директор частного учреждения культуры «Историко-культурный центр «Самолва». ИКЦ ещё называют музеем Ледового побоища.

Когда-то в посёлке Самолва Гдовского района Псковской области находился штаб экспедиции. Собственно, нынешний музей и сейчас выглядит как настоящий научный штаб. Это важно понимать. Наука предполагает исследования, дискуссии… На веру ничего принимать нельзя. Во всём надо сомневаться и искать подтверждение или опровержение. На одной беззаветной любви и тем более на дежурном «патриотизме» далеко не уйдёшь. По этой причине экспедицию организовала Академия наук СССР. Одним из руководителей экспедиции был академик Михаил Тихомиров - историк-славист, источниковед. Это была комплексная экспедиция. В ней участвовали специалисты разных научных направлений. Происходили сбор материалов по топонимике, сбор фольклора, обследование путей сообщения, геологические и гидроархеологические обследования, археологические раскопки… Задействовали серьёзную технику: два вертолёта, катер, резонансный миноискатель…

Археологи раскапывали курганы, о которых местные жители отзывались: «Наверное, литовские». Об этом тоже на презентации красочного переиздания рассказала Инга Константиновна Лабутина. Самая фантастическая версия, услышанная от местных жителей о старых захоронениях, была такая: «Может, от японской войны остались».

Александр Потресов и Георгий Караев.

«Мы открыли около 70 захоронений, - рассказала профессор Лабутина. - Но в целом определили их как сельские кладбища – с XI по XVII века. Мы не смогли подтвердить, что это была братская могила. Но отрицательный результат – тоже результат».

Во время презентации Владимир Потресов деликатно, не называя фамилии и издания, упомянул автора, который в одной из статей об Александре Потресове, перечисляя его профессии, написал: «Александр Потресов сменил много профессий и был «переводчиком с немецкого на коттонной фабрике, могильщиком, художником-оформителем, наладчиком коттон-машин...» «У меня дикция скверная, - улыбнулся Владимир Потресов. – Могильщиком он не был. Он был макетчиком».

Так вот, тем журналистом был я. Считайте это опровержением. Макетчик, а не могильщик. Хотя экспедиция на Чудское и Тёплое озера заставила фотографа Александра Потресова сделать много фотографий могил наших предков.

4. Без давления

В основе коллекции частного музея - предметы из семейного архива Владимира Потресова. Некоторые материалы предоставили другие участники экспедиции. Один из самых заметных предметов - массивный водолазный костюм-«трехболтовка». В таком опускались на дно водолазы в поисках Вороньего камня. Есть в музее и разборная байдарка Александра Потресова. На втором этаже собраны многочисленные научные и околонаучные публикации на тему Ледового побоища.

Как написал однажды Владимир Потресов: «Ледовое побоище – не фильм Сергея Эйзенштейна, где рыцари поголовно идут на дно Чудского озера, образуя там свалку металлолома. «…Инех вода потопи» сообщает летопись, имея в виду, некоторых, небольшое число. И даже если бы из-под трёхметровой толщи ила со дна можно было бы достать, скажем, меч, доспех или наконечник копья XIII века, это не говорило бы ровным счётом ни о чем без определения точного места сражения».

Таким образом, массового утопления «псов-рыцарей» быть не могло. А тех, кто всё же утонул, наверное, ближайшим летом 1242 года из воды извлекли. Там было не очень глубоко, а доспехи стоили целое состояние. Каких-то массовых захоронений на берегу тоже могло не быть. Особенно это касается русских воинов. Имелась возможность доставить их тела в Псков и другие места.

«Археологи – скептики, - стала вспоминать Инга Константиновна Лабутина. – Были легендарные сведения, которые требовали проверки…»

Не было задачи любой ценой подтвердить то, к чему советский народ привык после фильма Сергея Эйзенштейна и романов писателей-беллетристов. Профессор Лабутина отметила «энергию Караева при очень большой тактичности». Тактичность заключалась в том, что «он не оказывал давления на археологов».

Иллюстрации из книги "Загадки Чудского озера", 1966 г.

Каких-то грандиозных находок, вроде братских воинских захоронений середины XIII века сделано не было. Но экспедиция была предпринята не ради этого.

«Результаты экспедиции, - считает Владимир Потресов, - положившие конец спорам о месте битвы, были приняты научным сообществом как единственно верные, поскольку, в отличие от прошлых «кабинетных исследований», проводились в акватории и берегах Чудского озера. Как участник экспедиции и автор ряда посвященных ей публикаций, со всей ответственностью могу утверждать, что вульгарное понимание удачи исследований, связанное с «добыванием» ржавого меча или кольчуги (последняя, кстати, была найдена), принципиально не было целью экспедиции».

Удивительное дело, но почти никто из учёных, писавших о Ледовом побоище, до Караева и Тихомирова не делал попыток проводить исследования на местности. Это были учёные-теоретики, анализировавшие немногочисленные письменные источники. Результаты их анализов можно было предсказать заранее – в зависимости от их гражданства и политических взглядов. Если какой-то факт не укладывался в их теорию, то они его просто не замечали. Исключение – историк Эрнст Паклар, ещё в 1931 году предпринявший поиски на местности. Но в 1937 году декана исторического факультета Петрозаводского педагогического института Паклара арестовали за якобы созданную им антисоветскую молодёжную организацию «Союз против течения» и дали 10 лет лагерей. В 1947 году Эрнст Паклар вышел на свободу. В 1951 году в «Исторических записках» была опубликована его работа «Где произошло Ледовое побоище?», но учёный до публикации не дожил – умер в 1950 году.

И вот наконец нашлись люди, которые решились не просто погрузиться в воды Чудского озера с определённой целью – найти Вороний камень. Экспедиция подразумевала не только ныряние с аквалангом, аэрофотосъёмку и археологические раскопки на берегу. Не менее важно было понять, каким путём войско Александра Невского добралось до Пскова, а потом и до места будущей битвы. Это ведь был не однодневный марш-бросок, а серьёзный военный поход (в нём, скорее всего, участвовало 2-4 тысячи воинов). Поход длился недели две. Преодолеть пришлось около 300 километров. Требовалось продовольствие, фураж…

Так что участники экспедиции, в том числе и школьники, использовали байдарки. Обследовался водный путь. Где шли на вёслах? Где двигались волоком? Не менее важно было понять, каким путём войска возвращались обратно. И это был уже другой маршрут.

 5. Экзотика

В завершение псковской презентации показали 20-минутный документальный фильм «На Чудском озере», снятый летом 1958 года и вышедший на экраны в 1959 году. Режиссёр – Виталий Мельников.

К тому времени у выпускника ВГИКа Мельникова (мастерская Сергея Юткевича и Михаила Ромма), работавшего на Ленинградской киностудии научно-популярных фильмов, на счету были только документальные фильмы на специфическую тематику: «За новые луга и пастбища», «В колхозном клубе», «Новая мелиоративная машина»… В автобиографической книге «Жизнь. Кино» о том времени Мельников написал так: «Уровень вранья в сельскохозяйственной сфере был значительно выше нормы. Хрущёв считал себя специалистом в этой области и постоянно ждал «сдвигов». «Сдвиги» ему и подавали - врали вдохновенно и безбоязненно».

Телеграм-канал "Псковской губернии"

Художественные фильмы кинорежиссёра Мельникова «Начальник Чукотки», «Старший сын», «Отпуск в сентябре», «Семь невест ефрейтора Збруева», «Здравствуй и прощай», «Женитьба», «Выйти замуж за капитана» были ещё впереди. Но кое-какие положительные изменения уже происходили. Вместо пропагандистского вранья про новую мелиоративную машину появилась возможность снять документальное кино, не связанное с сельским хозяйством.

«Как-то незаметно повысился у меня статус на «Леннаучфильме», - вспоминал Мельников. - Теперь я получил возможность отказываться от некоторых предложений. Я сам предлагал темы для своих маленьких фильмов, сам писал сценарии и дикторские тексты… Иногда меня заносило в «шнейдеровщину» - тянуло к экзотике…»

Надо полагать, что «шнейдоровщина» - производная от фамилии Шнейдеров. Владимир Шнейдеров – автор фильма «Подножие смерти» об экспедиции на Памир (1928 год), создатель цикла научно-популярных фильмов «Путешествие по СССР», с 1960 года вёл телепередачу «Клуб кинопутешествий».

Иллюстрации из книги "Загадки Чудского озера", 1966 г.

Экзотикой оказалась экспедиция в Псковскую область для съёмок документального фильма «На Чудском озере». Работа получилась профессиональная. Некоторая старомодность подачи материала делает этот фильм ещё интересней. Живой сценарий, внушительная музыка…

Экспедиции на Чудское озеро в автобиографии Мельников уделил полстраницы в главе «Бобик против Гамлета».

Относиться к этим воспоминаниям следует осторожно. Караева Мельников называет Бара-Бараевым (видимо, иронизирует). В некоторых местах Мельников использует двойную-тройную дозу иронии.

«Однажды генерал Бара-Бараев - внук знаменитого генерала Бараева, который штурмовал Шипку, предложил мне поучаствовать в поисках следов Ледового побоища на Чудском озере, - говорится в книге «Жизнь. Кино». - В маленькую деревушку Самолву прилетели два вертолёта со снаряжением, пригнали катера с аквалангистами, и мы долго что-то искали в мутной воде…»

В изложении Виталия Мельникова события лета 1958 года описаны в жанре байки: «Прилетел академик Тихомиров и по секрету сообщил нам, что Ледовое побоище - плод фантазии Эйзенштейна. На этом месте произошла какая-то мелкая стычка, но не более.

- Кто ищет, тот всегда найдёт - категорически заявил генерал Бараев и строго посмотрел на военных аквалангистов…»

Вряд ли академик Тихомиров имел в виду, что Эйзенштейн выдумал саму битву. Но серьёзные историки не могли не понимать, что многое в фильме «Александр Невский» - художественный вымысел.

Теперь по поводу «мелкой стычки». Что-то похожее пишут не только в весёлых мемуарах, но и в книгах, претендующих на научность. Позиция авторов во многом определяется их политическими взглядами. Но это науке только вредит.

При желании можно раздуть любое сражение до вселенских размеров. Бывали случаи, когда поражения могли обернуть победой, как это случилось с боями за Псков 23-24 февраля 1918 года. До сих пор в этот день отмечается в России как День защитника Отечества.

С Ледовым побоищем получилось немного иначе. Представлять сражение гигантским действительно глупо. Это не Бородино и не Сталинградская битва. Но в те времена вообще масштаб был другой. Город с населением в 50 тысяч уже считался огромным. Так что если в сражении принимало участие несколько тысяч хорошо вооружённых воинов, то оно действительно по меркам ХIII века считалось крупным.

Не так давно в Самолве сняли другой документальный фильм: «Ледовое побоище / По следам забытой экспедиции». Автор – Владимир Потресов. В фильме звучат слова о главной заслуге Александра Невского. Основная мысль заключается в том, что в апреле 1242 года делался выбор между Западом и Востоком. Александр Невский предпочёл Восток, то есть монголо-татар.

Чем же захватчики монголо-татары были лучше захватчиков немцев? Ответ даётся такой: монголо-татары претендовали только на деньги. А немцы – на душу (имеется в виду католицизм, стремившийся вытеснить православие). А язычники-ордынцы православие оставили в покое (через несколько десятилетий они вместо язычества выберут ислам).

«Он сделал выбор в пользу Орды, - говорит об Александре Невском в фильме «Ледовое побоище / По следам забытой экспедиции» директор Института стратегического анализа Андрей Фурсов. - Он выбрал тех, кто не претендует на душу». То же самое в новом фильме мы слышим и от протоиерея Владимира Вигилянского: «Запад пытался поработить Русь с тем, чтобы отнять душу. Не деньги, как Восток, а именно душу».

Утверждение о деньгах и душе довольно спорное. Просто немцы действовали прямолинейнее, в отличие от захватчиков с Востока, которым была свойственна восточная хитрость. Говорить о том, что ордынское иго всего лишь было связано с взиманием дани – это значит говорить, но не договаривать. Влияние пришедших с востока кочевников было значительным. Оно растянулось на столетия и во многом определило дальнейшее развитие Руси и России. Постепенное закрепощение России – это, на мой взгляд, как раз ордынское влияние. Что вовсе не означает, будто Александр Невский зря победил в битве на Чудском озере. Вот только ставить вопрос ребром: или Запад, или Восток, - значит сильно упрощать ситуацию (как сегодня выбирать между США и Китаем). Впрочем, многое зависит от того, что вы думаете о европейском и азиатском пути развития.

На сайте ИКЦ «Самолва» (ледовое-побоище.рф) среди дискуссионных материалов есть высказывание, которое сделал Вольдемар Яллай - кандидат экономических наук, доцент ПсковГУ: «Слава Богу, русский народ избавился, наконец, от дьявольского наваждения, навеянного дурманящим пением сладкоголосых сирен либерализма…» Это он пишет о результатах опроса, по которым Александр Невский стал самым популярным историческим деятелем России.

Звучит довольно вульгарно. Дурманящее пение. Сладкоголосые сирены либерализма… Похожие отклики появляются после каждой второй статьи в «Псковской губернии». Читателям с подобными взглядами кажется, что любой инакомыслящий – это предатель, Мальчиш-Плохиш, потенциальный псковский посадник Твердила Иванкович, который спит и видит, как бы за бочку варенья и корзину печенья побыстрее открыть крепостные ворота «псам-рыцарям».

6. Знаки вопроса

Что же касается Виталия Мельникова, то эпизод с поиском Вороньего камня у него в автобиографии заканчивается такими словами: «Аквалангисты запаслись грифельными досками и нырнули в Чудское озеро. Вынырнули они подозрительно быстро с корявым изображением каких-то квадратиков.
- Древняя каменная кладка! - доложили они.
- Ну, вот! Оборонительное сооружение новгородцев! Давно бы так, - похвалил их генерал.
Позже он написал про это длинную статью в каком-то военно-историческом журнале».

Возможно, 90-летний Мельников до сих пор не знает о существовании книги «Загадки Чудского озера» (в год выхода книги у Мельникова на Ленфильме вышел ставший позднее знаменитым фильм «Начальник Чукотки» с Михаилом Кононовым и Алексеем Грибовым). А 20-минутный документальный фильм «Загадки Чудского озера», показанный в кинотеатрах СССР, позднее несколько десятилетий тихо-мирно покоился в киноархиве Госфильмофонда (Белые Столбы). По телевизору его не показывают. В интернете его тоже нет. Зато теперь его можно увидеть в ИКЦ «Самолва». И в качестве исключения, один раз, в читальном зале Центральной городской библиотеки Пскова в день презентации третьего издания книги «Загадки Чудского озера».

И если в литературном изложении Мельникова поиски в воде выглядят примерно так, как выглядело ныряние Путина за амфорами, то фильм Мельникова заканчивается словами: «Вот он, легендарный Вороний камень… Вопросительные знаки теперь можно убрать».

Пожалуй, вопросительные знаки лучше никуда не убирать. Вопросы есть всегда.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  527
Оценок:  9
Средний балл:  10