Статья опубликована в №9 (831) от 08 марта-14 марта 2017
Сцена

Бесы противоречия

Похоже, у создателей этого спектакля было серьёзное намерение смешить зрителей беспрерывно
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 06 марта 2017, 20:10

В афише жанр нового спектакля «Позвольте вам выйти вон!» Псковского театра драмы обозначен длинно: «Одна только малодушная психиатрия и больше ничего». Такое название позаимствовано из чеховского рассказа «Перед свадьбой». В нём девица по фамилии Подзатылкина является к папаше, и тот вроде бы благословляет её на брак. Но при этом папаша произносит: «Живи, плодись и размножайся. Бог тебя благословит! Я… я… плачу. Впрочем, слёзы ни к чему не ведут. Что такое слёзы человеческие? Одна только малодушная психиатрия и больше ничего!»

В этом, видимо, и главная разница между произведениями Чехова и спектаклем режиссёра Александра Кладько, поставленным сразу по нескольким рассказам и одной пьесе Чехова (он же Антоша Чехонте). Для Чехова даже в юности при всей его первоначальной склонности к легкомысленному фельетону человеческие слёзы были важны. Человек он был циничный, но в его рассказах, повестях, пьесах постоянно ощущается жалость к человечеству и отдельным его представителям. За что Чехова так не любят безжалостные люди типа Лимонова.

Лимонов в книге «Великая мать любви» о Чехове высказался так: «Он описал реальную российскую мидллклассовую скуку, скушнее которой не существует в природе. В сотнях его рассказов, в его пьесах, всегда одна и та же ситуация: беспомощные негерои утопающие в бессмысленности жизни, не знающие что делать, куда себя девать и как жить…»

Если в чём и прав Лимонов, так это в том, что у Чехова сплошные негерои. И это, скорее, достоинство. Устраивать революцию в Северном Казахстане они точно бы не стали. Однако Чехов в лучших своих вещах скуку мог описывать весело и тонко. Была скука, но появляется Чехов и из какого-нибудь пустяка делает нечто особенное. Но потом приходят другие и, бывает, делают из особенного чеховского что-то своё обыкновенное.

Произведения, на основе которых на Малой сцене поставлен псковский спектакль «Позвольте вам выйти вон!», к лучшим чеховским вещам не принадлежат. «Предложение», «Свадьба с генералом», «Брак по расчёту», «Свадьба»... Всё вращается вокруг да около свадьбы. А какая русская свадьба без шума и драки?

Сцена из спектакля «Позвольте вам выйти вон!». Фото: Андрей Кокшаров

«Позвольте вам выйти вон!» — очень шумный и суетливый спектакль, отчего публика, пришедшая на премьерный показ 4 марта, в своих отзывах разделилась на две части. Представители одной семьи во время спектакля шептались: «Когда же всё это закончится?» — «А мне нравится...»

Режиссёр поступил по-человечески и спектакль не затянул, уложившись в полтора часа без перерыва. Хотя кому-то показалось, что и этого для такого спектакля много. Малый зал тем и хорош, что уйти во время спектакля из него сложнее. Запросто выйти вон он не позволяет. Незаметно ускользнуть затруднительно. Приходится приобщаться к искусству.

Началось всё с одноактной пьесы-шутки «Предложение». Кто только её ни ставил и ни играл. Одна из самых известных версий — фильм Сергея Соловьёва (общее название того фильма-альманаха конца шестидесятых — «Семейное счастье»). Трудно забыть, как Ивана Васильевича Ломова играл Георгий Бурков, Степана Степановича Чубукова — Анатолий Папанов, а Наталью Степановну Чубукову — Екатерина Васильева. Не менее известна та же история, появившаяся на экране лет 15 спустя. Жениха-Ломова играл Юрий Богатырёв, отца — Лев Дуров, а невесту — Татьяна Догилева (фильм «Кое-что из губернской жизни» режиссёра Бориса Галантера). У Александра Кладько Ломов — Максим Плеханов, Чубуков — Юрий Новохижин, Наталья — Ксения Хромова. Из более-менее современных постановок запомнился моноспектакль Петра Мамонова на сцене МХТ им. Чехова. Мамонов в своей клоунаде играл за всех, используя не только пьесу-шутку, но и чеховские дневники, воспоминания детства…

Обычно режиссёры, обращаясь к чеховскому «Предложению», насыщают комическое действо атмосферой русской усадьбы (изящные пронзительные романсы, звуки духового оркестра, среднерусские пейзажи). Как ни странно, именно пейзажи в спектакле «Позвольте вам выйти вон!» есть (художник спектакля — Александр Стройло). В этом спектакле вообще всё картинно, демонстративно и искусственно. Картина над одним входом, картина над другим входом, картина над сценой, причём по всей длине. На сцене тоже установлены окна-картины. Свадебный стол — это тоже натюрморты. Даже настенный ковёр, на котором висит ждущее своего часа чеховское ружьё, заключён в рамку.

Там, где обычно режиссёры старались разбавить шуточки «воздухом», Александр Кладько намеренно оставляет лишь «малодушную психиатрию», отсекая возможные слёзы и сгущая краски.

Те существа, которых нам показывают на сцене, любить не способны — ни других, ни себя.

Сцена из спектакля «Позвольте вам выйти вон!». Фото: Андрей Кокшаров

Ещё до начала спектакля из колонок доносятся деревенские звуки. И это не просто деревня, это скотный двор. Кудахтанье, мычание, хрюканье… Когда герои на сцене начинают пререкаться, то звуки голосов и кудахтанье сливаются. Как-то сразу вспомнился «Скотный двор» Джорджа Оруэлла.

Если говорить о жанре нового спектакля, то увиденное, скорее, напоминает басню. Да, «Позвольте вам выйти вон!» — басня. Мы видим не людей, а животных и птиц. Разодетую индюшку, тупого барана, упрямого осла, расфуфыренного петуха, прыткую козу, неторопливого борова… Человек на сцене только один — «свадебный генерал» (Виктор Яковлев).

О чём пьеса-шутка Чехова? О принципах. Как выражается Наталья Степановна, обращаясь к приехавшему свататься Ивану Васильевичу: «В вас вселился бес противоречия». Чехов пишет: «Мне лужков не надо, я из принципа…»

Все друг другу противоречат (в том числе во вред себе), во всех вселился бес противоречия или какой-нибудь другой мелкий бес.

Нам показывают мелкую бесовщину.

И Ломов, и Чубукова хотят заключения брака, но остановиться в бессмысленных спорах не могут. Это стоит им нервов, это может стоить жизни, но спор за бессмысленные Воловьи лужки или спор о том, чья собака лучше, — дело принципа. Никто не хотел уступать. Это какое-то животное упрямство, пускай даже во вред себе.

Ломов в исполнении Максима Плеханова — максимально жалкий, жалкий в квадрате, особенно на фоне беспрестанно таскающей мешки бой-бабы Натальи Степановны (Ксения Хромова). Обычно её на сцене и в кино изображают утончённой и романтичной — и тогда на таком контрасте более вызывающе выглядит её перебранка с потенциальным женихом. Однако в этом спектакле Наталья Степановна не то что коня на скаку остановит, она сама и есть конь, или лошадь. Вообще не совсем понятно, кто на ком женится, в смысле кто из них женщина, а кто мужчина. Во второй части спектакля героиня Ксении Хромовой то и дело выразительно ржёт (в этом скотном дворе она, несомненно, ломовая лошадь). Ксения Хромова давно не выходила на сцену в новых спектаклях, но здесь её роль, пожалуй, самая удачная. Не всем так повезло.

Сцена из спектакля «Позвольте вам выйти вон!». Фото: Андрей Кокшаров

Из спектакля выкачали «воздух» — с явным намерением смешить зрителей беспрерывно. Но временами это походило не просто на театральный фарс, но и наводило на нехорошие мысли о каком-нибудь телевизионном юмористическом шоу. Выделялись отдельные гэги. Например, сцена с Анной Шуваевой: падение на руки.

У людей лимоновско-прилепинского склада ума в центре внимания – «свернедочеловеки», которых они считают сверхчеловеками. У Чехова в центре внимания обычно жалкие люди с правом на сочувствие, а вот у многих интерпретаторов Чехова всё ограничивается человекообразными животными.

Как и положено в басне, в заключение в спектакле должна быть озвучена мораль. И раз среди животных совсем не случайно затесался один человек, то именно на нём сошёлся клин. Персонаж Виктора Яковлева генерал хотя и свадебный, но за всей своей старческой болтливостью он не утратил человеческие качества. Остальные же уже давно животные, птицы или амёбы.

Как говорил старый призовой боров Майер из «Скотного двора», «Человек – единственное существо, которое потребляет, ничего не производя. Он не даёт молока, он не несёт яиц, он слишком слаб для того, чтобы таскать плуг, он слишком медлителен для того, чтобы ловить кроликов…»

Боров не совсем хорошо разбирался в человеческой породе. Человек хорошо умеет обижаться, завидовать, любить и ненавидеть... Он много чего умеет производить в промышленных масштабах.

Например, человек отлично умеет плодить бесов противоречия.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  562
Оценок:  7
Средний балл:  7.3