Статья опубликована в №6 (728) от 18 февраля-24 февраля 2015
Колонки

Ликвидаторы на марше

Администрация Псковской области разгоняет газонокосилку сокращения сельских поселений, не обращая внимания на отчаянные протесты сельских жителей
 Лев ШЛОСБЕРГ 18 февраля 2015, 10:02

В Псковской области продолжается кампания по укрупнению сельских поселений. Объявленная 14 октября 2014 года губернатором Андреем Турчаком [см.: Л. Шлосберг. Специалисты по усушке и утруске; Д. Камалягин. О, как внезапно кончился диван], она катится по области, как гусеничный трактор, подминая под себя десятки волостей. Любое сопротивление вызывает агрессию. Только на первый взгляд эта разрушительная кампания кажется стихийной, вызванной некими «чрезвычайными обстоятельствами». Это совсем не так. Все этапы этой кампании в течение нескольких месяцев были логичны и последовательны. Это не просто кампания оптимизации расходов – это сознательная и целенаправленная кампания разрушения местного самоуправления как уклада сельской жизни.

Губернатор Псковской области Андрей Турчак считает, что у сельского местного самоуправления просто нет работы и ему не нужны деньги. В центре - Андрей Турчак. Справа - Владимир Шураев. Фото: Псковская Лента Новостей

Удушение безденежьем

Формально эта кампания прикрывается (и Андрей Турчак об этом часто и с видимым удовольствием говорит) сокращением объема полномочий, исполняемых сельскими поселениями.

Очередная законодательная реформа в 2014 году привела к тому, что из 39 полномочий за сельскими поселениями осталось 13. Регионам дали право передавать и другие полномочия, Псковская область воспользовалась этим правом очень умеренно: передали ещё целых 3 полномочия, включая уборку мусора и уход за кладбищами.

Районные власти на местах (а у них тоже есть право передавать полномочия волостям) спохватились и стали передавать полномочия по уходу за сельскими дорогами (хотя бы в пределах населенных пунктов), потому что сами районы оказались не в состоянии это полномочие полноценно выполнять.

Любая реформа полномочий вызывает дискуссию об их финансовом обеспечении, проверку достаточности бюджетной обеспеченности полномочий.

В Псковской области этот вопрос решили радикально: в несколько раз сократив доходную базу сельских поселений. Норматив отчислений по налогу на доходы физических лиц (это главный питающий налог местных бюджетов) сократили в пять раз – с 10% до 2%. Поступления от продажи и аренды земли в полном объёме передали районам (а до этого поселения и районы делили эти доходы пополам).

И волости в одночасье стали не просто бедными (они и были такими), а нищими. Причем – угрожающе нищими.

Перед этим губернатор на высоком совещании с презрением сказал, что все сельские поселения области управляют какими-то жалкими 120-150 млн бюджетных рублей в год.

За такие публичные высказывания нужно лишать права доступа к государственному управлению, потому что они показывают полную некомпетентность говорящего: во-первых, государственное и муниципальное управление является не только управлением имуществом и деньгами, во-вторых, межбюджетные отношения в России устанавливаются вышестоящим органом власти. Как посчитали распределение денег, так они и распределятся по бюджетной системе.

Всем сельским поселениям Псковской области (на их территории живет около 30% жителей, это более 190 тысяч человек) оставили на 2015 год 17 млн 518 тыс. руб. подоходного налога.

«Экономия», таким образом, составила 70 млн 72 тыс. руб. Меньше бюджета одного района. И этой экономии на самом деле нет. Деньги просто перераспределили в бюджеты районов.

Но у районов не хватает сил на исполнение бывших сельских полномочий. Народ же, как и раньше, идет в сельские администрации и требует, например, чистки дорог. Те отвечают: полномочия теперь в районе. А район отвечает: нет денег. Там, где те же деньги оказались у поселений, дороги почищены.

Удушение без кадров

Одновременно с этим началась кампания по кадровой чистке администраций сельских поселений (они состоят, за редким исключением, из 2-3 человек). Новым областным нормативом по расчету числа муниципальных служащих в Псковской области было сокращено 213 сотрудников в 157 городских и сельских поселениях области, на 2015 год их остается 382 человека (считая глав администраций) на всю область. Это моровое поветрие привело в шок всех, кто понимает суть работы сельского самоуправления. Эта работа – непосредственная помощь местным жителям по десяткам ежедневно возникающих вопросов и проблем.

Владимир Шураев получил неожиданный «удар по имиджу» от бывших коллег. Крайний справа - председатель Собрания депутатов Псковского района Андрей Неофитов. Второй справа - заместитель главы Псковского района Святослав Колинко. Фото: Тимур Галимов

Одновременно началась публичная кампания шельмования сельских чиновников. У человека непосвященного могло сложиться впечатление, что именно в этих людях, получающих очень скромную зарплату, – корень зла, что они все – чистое обременение для бюджета, причина всех бед и несчастий селян. Такое отношение – не просто ложь, оно оскорбительно.

Картина бюджетов сельских поселений на 2015 год оказалась в итоге не просто удручающей, а чудовищной.

Одна из немногих сопротивляющихся публично глав сельских поселений, глава Пригородной волости Пустошкинского района, Мария Шандаевская, привела цифры бюджета сельского поселения на 2015 год в открытом письме Андрею Турчаку, причем именно по тем полномочиям, которые переданы сельским поселениям законом области: «1) на создание условий для массового отдыха жителей поселения и организацию обустройства мест массового отдыха населения, включая обеспечение свободного доступа граждан к водным объектам и их береговым полосам, – 0 руб., 2) на организацию сбора и вывоза бытовых отходов и мусора – 16 тыс. руб. на 43 деревни, 3) на организацию ритуальных услуг и содержание мест захоронения – 32 тыс. руб. на 26 кладбищ». [См.: См.: М. Шандаевская. «Эта брешь создавалась не нами»; «Куда ещё меньше?».]

Отсутствие средств на исполнение полномочий не является основанием для неисполнения полномочий. Можно только представить себе, какой сонм государственных надзорных и контрольных органов ринется сейчас в сельские поселения на этот запах нищеты, точно как футболист бежит забивать гол в пустые ворота – наверняка, чтобы штрафовать, штрафовать, штрафовать и потом торжественно отчитываться о том, сколько «поймано» нарушителей «с поличным». За большие суммы штрафов ещё и премии платят.

И главы сельских поселений, хорошо знающие повадки надзорных лиц и объем собственной ответственности, немедленно поняли, о чём идет речь и чем грозят такие бюджеты.

Именно в этот момент и начались «точечные бомбардировки».

В цепочку для уничтожения сельских поселений была включена вся вертикаль государственной власти области: чиновники областной администрации, главы районов, депутаты областного Собрания и районных собраний от «Единой России».

Главы волостей всё поняли быстро и правильно: денег не будет, а ответственность останется.

И эту простую и понятную мысль стали, как могли, доводить до вверенных им жителей – и на публичных слушаниях, и на других встречах.

«У нас мало полномочий и теперь совсем нет денег», – как люди, приговоренные к голодной смерти, виновато сообщали главы поселений своим жителям, в том числе коллегам-депутатам.

Но жители не соглашались с приговором.

Специалист по усушке и утруске

Нужно отдать должное многим из сельских глав: за закрытыми дверями, на совещаниях и «уговорах» они прямо говорили представителям областных и районных властей, какая это катастрофа для сельского населения – ликвидация органа местного самоуправления, куда могут сейчас обращаться люди за решением своих насущных проблем, часто ни в каких полномочиях не прописанных. Но при народе почти никто не отважился на сопротивление инициативе вышестоящих властей.

Более того, в большинстве случаев именно самих глав поседений заставляли официально заявлять инициативу о преобразовании (ликвидации) возглавляемого поселения – чтобы потом без дрожи в голосе заявить, как это произошло в судебном процессе жителей Черпесской волости против закона области о преобразовании муниципальных образований Великолукского района: это не губернатор выдвинул инициативу об укрупнении волостей, это сами жители захотели – видите, местные депутаты сами об этом просят.

Контраст между живой и непосредственной позицией жителей Черпесской волости и позицией официальных властей области был настолько велик, что представляющая в суде интересы губернатора Галина Тронина нечаянно сказала в завершение процесса: «Я не хочу, чтобы сложилось впечатление, что губернатор подошёл формально, цинично к этому закону!».

Но именно такое впечатление и сложилось. Другого – нет.

Под решение специфической задачи ликвидации сельских поселений был и подобран соответствующий кадр на комитет администрации области по вопросам местного самоуправления, стыдливо переименованный после выборов в управление внутренней политики, чтобы даже словосочетание «местное самоуправление» не упоминалось, – бывший глава Псковского района Владимир Шураев, «прославившийся» радикальным укрупнением волостей Псковского района в свою бытность главой этого района (2003-2013).

За десять лет руководства Владимира Шураева число сельских поселений Псковского района сократилось почти в 2 раза, с карты района исчезли Большезагорская, Верхолинская, Выставская, Гверздонская, Задорожская, Москвинская, Осиновичская волости.

Только гражданская активность жителей Завеличенской волости (дер. Родина) спасла от укрупнения их собственную, а также Логозовскую и Тямшанскую волости.

На карте Псковского района появились две неестественных по размеру для псковского сельского поселения волости – Серёдкинская и Карамышевская, поглотившие территории нескольких поселений. Понятие «пешеходной доступности до центра сельского поселения для жителей» в этих волостях уничтожено. Народ до сих пор не приспособился. Люди уезжают.

Владимир Шураев понял поставленную перед ним губернатором задачу как военную: «Одно из важных направлений, которыми предстоит заняться управлению, – работа по укрупнению муниципальных образований – сельских поселений», – отрапортовал он уже 14 октября, в день получение приказа.

Именно о Владимира Шураева, как о глухую каменную стену, бились главы сельских поселений Великолукского района на совещании 10 ноября 2014 года в администрации района, убеждая его в недопустимости такого варварского подхода к преобразованию сельских поселений: из 11 сделать 4. Но Владимир Шураев был абсолютно глух к мнению людей, каждый из которых отработал многие годы во главе сельских поселений. При этом прикрывался «решением губернатора». Это – Галине Трониной на заметку, для следующих оправдательных выступлений на суде.

Псковская область стала единственным регионом Северо-Запада России, в наименованиях органа исполнительной власти которого нет словосочетания «местное самоуправление». И это в полном смысле слова символично.

Внутренняя политика Псковской области заключается сейчас в массовом, максимальном умалении местного самоуправления. Управление внутренней политики администрации Псковской области можно назвать просто: управление по ликвидации местного самоуправления в Псковской области.

А если вспомнить о том, каким способом г-н Шураев «избрался» в 2008 году главой Псковского района, и тот факт, что управление внутренней политики отвечает также за политическую организацию муниципальных выборов, то картина становится исчерпывающей.

По злой иронии судьбы те главы волостей, которые в 2008 году «сковали» Владимиру Шураеву «победу» на выборах главы района, уже через год, в 2009-м, «пошли под нож». Об этом полезно помнить.

Роль г-на Шураева в процессе муниципальной реформы в Псковской области является не просто отрицательной, а губительной. Но эта роль определена ему губернатором Псковской области сознательно.

Для решения задачи по ликвидации нужен был ликвидатор. Его и нашли.

Очаги жизни и сопротивления

Расчеты губернатора и его подчиненных были на то, что жители, привыкшие уже ко всему, на общем фоне социально-экономического кризиса ликвидации волостей не заметят. Лес уже порубили, какие тут щепки.

Но случилось неожиданное для властей – жители заметили.

На встрече с прессой 12 февраля Андрей Турчак сказал, что «больше 90% объединяемых поселений положительно относятся к грядущим процессам. Нет вопросов ни у граждан, ни у депутатского корпуса. Есть отдельные эпизоды, но по каждому мы разбираемся. Это не приезды Шураева и ломка кого-то через колено».

Неправда, Андрей Анатольевич. Всё в точности наоборот. Больше 90% жителей волостей категорически возражают против укрупнения сельских поселений, о чём открыто говорят на публичных слушаниях.

На минувшей неделе депутаты двух поселений Псковского района – Ершовской и Краснопрудской волостей – не поддержали присоединение своих поселений к Писковичской и Ядровской волостям соответственно. И депутаты, и рядовые жители ссылаются в том числе на отрицательный опыт предшествующих укрупнений. Владимир Шураев получил неожиданный «удар по имиджу» из бывшего «своего» района. Произошедшее Шураев заметил.

Не прошло и нескольких дней, как на глав, отказавшихся от «свадьбы» поселений, стало оказываться давление с требованием «переголосовать отказ»!

Г-н Шураев, вы хотите сказать, что вы здесь ни при чём? И это не превышение должностных полномочий? Это они сами так хотят «слиться»?

Понимает ли людей, защищающих местное самоуправление, начальник управления внутренней политики администрации Псковской области? Не понимает. И понимать не будет. У него такая задача, такая роль – не понимать сельское самоуправление, сводить его к минимуму, ликвидировать поселения.

Отношение к местному самоуправлению – это по существу отношение к народу. Село в Псковской области не устоит без местного самоуправления, оно опустеет окончательно. Волостные власти – это не чиновники в традиционном понимании этого слова, это реальные представители народа. Если от человека до представителя 40, 50, 70 км – такое представительство физически бессмысленно, оно не обеспечено возможностью личного общения людей.

Нужно не только не понимать, но высокомерно презирать сам сельский образ жизни, чтобы так цинично относиться к сельскому самоуправлению, к жизненным интересам почти 200 тысяч человек, из которых около 40% – старики, которым ежедневно нужна помощь.

Стыдно смотреть на глав районов, которые выполняют приказы по ликвидации сельских поселений. Трудно не понимать, что после поселений возьмутся за районы, придут к каждому третьему, возьмут за горло, прикажут «построить» депутатов, заставят продавить решение о ликвидации района.

Все действия по ликвидации сельских поселений ведут к последующему укрупнению районов и затем – ликвидации самой Псковской области. Это классическая предпродажная подготовка объекта, стандартное действие т. н. «эффективных менеджеров», риелторов по образу мышления. Это – политика временщиков, стиль городских мажоров, для которых село – это дача летом, а не сельский труд и сама сельская жизнь. Где каждый год надо перезимовать.

Каждый житель псковского села, каждый сельский депутат, глава сельского поселения несет сейчас свою часть ответственности за нашу малую родину – за сопротивление или молчание, протест или согласие.

Местное самоуправление – это по смыслу самого слова самоорганизация граждан, общества, сельских сообществ для решения общих задач.

Эта задача сейчас для каждого псковского гражданина – не забыть о своих корнях, удержаться от искушения трусости, выдержать подлый удар, сохранить свою волость, своё право самим принимать решения о местной жизни.

Сегодня самая главная партия Псковской области – это Движение Сопротивления временщикам.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  4463
Оценок:  43
Средний балл:  9.6