Статья опубликована в №21 (543) от 01 июня-07 июня 2011
Культура

Сильнее звука

Эхо борьбы за память погибших в «Шталаге-372» стало «Золотым Гонгом»
 Лев ШЛОСБЕРГ 01 июня 2011, 10:00

«Звук самый горестный есть самый золотой…»
А. С. Пушкин

27 мая 2011 года в Москве «Псковская губерния» получила во второй раз в своей истории1 «Золотой Гонг» - журналистскую награду, вручаемую Альянсом руководителей региональных СМИ России ежегодно с 1994 года. «Золотой Гонг» в специальной номинации «Известный солдат» был присужден статье «Главное – достроить дом?» [см.: Л. Шлосберг. Главное – достроить дом?; Л. Шлосберг. Пески забвенья], вышедшей в свет в «Псковской губернии» 1 сентября 2010 года. Собственно, сама номинация «Известный солдат» появилась на «Золотом Гонге» из-за этой статьи. Точнее – из-за этой темы.

Лауреаты «Золотого Гонга» получают бронзовую статуэтку Ириды – древнегреческой вестницы богов (Зевса и Геры) и богини радуги. Фото: Игорь Яковлев

Второй раз в 2011 году поводом для признаний коллег по профессиональному сообществу становятся у «Псковской губернии» не просто печальные, но страшные страницы истории нашей страны.

В феврале 2011 года «Золотое перо России» по итогам за 2010 год было присуждено за цикл публикаций под общим названием «С высоты» - о гибели десантников 6-й роты 104-го полка 76-й десантно-штурмовой дивизии.

Так складывается, что наибольший отклик в сердцах коллег по журналистике находят темы глубоко трагические, взывающие к основам человечности.

На мой взгляд, это отражает всё более острое понимание тяжести моральной драмы, происходящей со страной, с народом. Мыслящие умы пытаются разобраться в том, что происходит, в том, что можно и нужно делать.

Конкурсы нужны не для удовлетворения профессиональных амбиций, конкурс – это площадка, на которой можно сказать нечто важное.

Тема важнее текста.

Я посылал статью о «Шталаге-372» на Всероссийский конкурс «Золотой Гонг», понимая, что она для него – неформат.

В среду утром, 25 мая, мне позвонили организаторы и сказали, что статья «Главное – достроить дом?» решением жюри вошла в число лауреатов конкурса, но… для нее создается специальная номинация. Мне как первому получателю «Золотого Гонга»2 в этой номинации предложили придумать для нее название. Дали час времени.

Так появилась номинация «Известный солдат».

Вечером 27 мая в Москве, при получении «Гонга» у меня, как и у всех лауреатов, была возможность выступить перед коллегами и друзьями.

Получилось сказать вот что.

«Уважаемые коллеги! Это особая для нас тема. На территории Пскова в течение четырех лет оккупации действовало несколько концлагерей для советских военнопленных. Среди них – один из самых крупных концлагерей на Северо-Западе Советского Союза, «Шталаг-372».

По официальным данным советской комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков, только в этом лагере для военнопленных за 3 года (с 1941 по 1943 годы) и в созданном на его месте в 1944 г. лагере для гражданских лиц «Дулаг-376» погибли до 75 тысяч человек.

Чтобы вы понимали масштабы катастрофы: на территории всего Пскова на июнь 1941 года жили 64 тысячи человек. А в концлагерях на территории Пскова погибли за время войны около 260 тысяч человек, то есть более чем 4 довоенных города. Сейчас в Пскове живет 195 тысяч человек.

И случилось так, что на территории «Шталага-372», где остались не изъятыми, не похороненными по-человечески останки 75 тысяч человек, в 2005 году стали строить жилые многоэтажные дома, и по совершенно чудовищной логике судьбы, это были дома, в первую очередь предназначенные для военнослужащих 76-й десантно-штурмовой дивизии Российской Армии, ведущей сегодня дивизии Воздушно-десантных войск России. Той самой дивизии, в 104-м полку которой была та самая 6-я рота, которая в почти полном составе погибла под Улус-Кертом в 2000 году.

А люди о том, что они получили квартиры на месте «Шталага-372», не знали. Об этом никто не писал. Дети, как водится, играя в песочке, нашли кости. Персональные архивы «Шталага-372» есть, и есть схема захоронений. И выяснилось, что эти девятиэтажные дома строят строго на местах траншей, где лежат тысячи людей.

Мы стали об этом писать.

По законам России строить жилье на территории мест массовых захоронений запрещено. То есть застройщик должен был остановить стройку незамедлительно. Местные власти обязаны были отменить свои распоряжения о выделении земельных участков под застройку.

Ничего этого сделано не было. В долгой дискуссии на эту ужасную тему глава комитета администрации Псковской области по вопросам жилищного строительства написал фразу: «Главное – достроить дом». И вот эта фраза «главное – достроить дом», но со знаком вопроса, стала заголовком той статьи, которую мы решились отправить на «Золотой Гонг».

А это еще был дом с дольщиками, соответственно, со всеми теми проблемами, которые сопутствуют у нас долевому строительству.

И уже после того, когда материал был в Москве, прочитавшие эту статью в Интернете две внучки двух солдат Советской Армии, умерших в этом лагере в 1942 году, в ноябре и в декабре, от истощения, от голода – нашли своих дедов. 5 мая этого года они приехали в Псков, одна – из Алма-Аты, из Казахстана, другая из Ханты-Мансийского автономного округа.

И цветы они были вынуждены возлагать к бетонным плитам фундамента еще одного дома, который собираются строить на месте «Шталага-372».

После того, когда в 2010 году вышли наши очередные публикации, застройщик в виде одолжения оплатил небольшие спасательные раскопки. Были найдены останки нескольких сотен человек. Но, понимая, что было в «Шталаге-372», мы знаем, что на его месте до сих пор лежат останки десятков тысяч людей.

Мы послали статью в номинацию по социальным проблемам. Мы понимали, что это не формат. Но некуда было больше посылать. Когда выбираешь какие-то работы для конкурса, ведь не по текстам выбираешь, выбираешь по теме. Потому что есть шанс, что кто-то еще обратит внимание, кто-то еще сможет что-то сделать.

Нам сообщили два дня назад, что нет номинации для такой публикации, но ее создали, и ей надо дать название. Так появилась номинация «Известный солдат».

На самом деле известное всем нам и ставшее уже обыденным словосочетание «Неизвестный солдат» по сути своей чудовищно. Это означает то, что имя солдата никогда не будет известно. А у всех этих людей, кто сейчас навсегда коллективно забыт за словосочетанием «Неизвестный солдат», были имена, были жизни. И очень острое чувство несправедливости, которое возникает каждый раз, когда видишь такие события, напоминает нам, что неизвестных солдат быть не должно. Ни в одной стране.

Поэтому мы предложили назвать номинацию «Известный солдат». Оно родилось уже после того, когда Светлана Спирина и Наталья Третьякова – внучки, приехали к своим дедам, Анатолию Ширинкину и Павлу Третьякову, в Псков.

Я хочу надеяться, что специальная номинация, учрежденная Альянсом, не останется в 2011 году и будет иметь продолжение. Потому что сколько уже лет прошло, но еще не всё написано, не все найдены, и миллионы ушедших навсегда солдат ждут своего часа, и в каком-то смысле – ждут своего имени. Потому что душа вечна, а имена должны возвращаться.

Большое спасибо Альянсу за то, что он готов такими своими решениями говорить о самом главном».

+ + +

А вот женское сердце – вещун. Это снова было доказано в эти дни.

27 мая, в 18:46, ровно в тот час, когда в Москве начиналась церемония награждения «Золотого Гонга-2011», Наталья Евгеньевна Шевелева (Третьякова), внучка погибшего в «Шталаге-372» Павла Евнадьевича Третьякова (1910–1942), написала письмо из Алма-Аты, которое я прочитал уже на следующий день: «Здравствуйте, Лев! Как ваши дела и какие новости по «Шталагу»? Вы, пожалуйста, время от времени, хотя бы строчку нам со Светланой3 отправляйте. Вы же с Алексеем4 как «на войне». Мы волнуемся за Вас. :-). Всего доброго. Наталья».

А вечером 31 мая, в 20:42, когда этот номер газеты подписывался в печать, на редакционный адрес пришла еще одна весточка: из Нижневартовска, от Вероники: «Я правнучка Анатолия Ширинкина. Статью прочитала с огромной болью в сердце и одновременно с глубокой благодарностью к людям, которые при всей безнадежности ситуации, остаются неравнодушными! И хочется задать единственный вопрос: «Неужели ничего нельзя сделать?» Куда нужно писать, в какие двери нужно стучать, чтобы родных и близких погибших в Пскове советских солдат услышали? В какой стране мы живем, устраивая при этом встречи в верхах со святыми отцами? И права моя мать, что город, имеющий такое множество храмов, творит вовсе не христианские безумия. После всех этих строек на костях Бог покинет это место, и храмы опустеют... как после ядерного взрыва. Не ведают, что творят, о Господи...»

Алексей Старков и я им всем, конечно, «строчку отправим».

«Отправим строчку» еще раз и на имя тех, от кого зависит сегодня спасение останков советских солдат, их достойное захоронение.

Но до сих пор город Воинской Славы Псков остается глух к мольбам немногих живых и тысяч павших.

Для города Пскова по-прежнему главное – достроить дом.

Лев ШЛОСБЕРГ.
Москва-Псков, 27-31 мая 2011 г.


1. По итогам «Золотого Гонга – 2004» цикл материалов экономического обозревателя «Псковской губернии» Валентина Чеснокова по вопросам отношений власти и собственности в Псковской области под общим заголовком «ЗАО «Псковская область», стал победителем в номинации «Расследование года».

2. Лауреаты «Золотого Гонга» получают бронзовую статуэтку Ириды – древнегреческой вестницы богов (Зевса и Геры) и богини радуги.

3. Светлана Спирина, внучка погибшего в «Шталаге-372» Анатолия Васильевича Ширинкина (1906-1942).

4. Алексей Старков, историк, пскович, один из инициаторов движения за полные раскопки захоронений советских граждан на месте «Шталага-372», поисковик, автор исследований и сетевых публикаций о судьбе советских военнопленных, погибших в немецких концлагерях.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2480
Оценок:  25
Средний балл:  10