Статья опубликована в №19 (388) от 14 мая-20 мая 2008
Общество

Живые и мёртвые

Проблема массовых захоронений времен Великой Отечественной войны на территории Пскова требует срочного этического и практического решения
 Елена ШИРЯЕВА 14 мая 2008, 10:00

8 мая 2008 года в Пскове на братском захоронении в Песках (ул. Железнодорожная) были погребены останки семи советских военнопленных, найденные на территории Псковской областной больницы в начале апреля этого года.

Накануне Дня Победы городское управление культуры сделало всё, как положено: обитый красным гроб, воинские почести, ветераны и последние свидетели (те, у кого война отняла детство), студенты и школьники, депутаты и военные. Была заупокойная служба, музыка, заготовленные заранее речи, которые от волнения стали сбивчивыми, но настоящими словами прощания. Были стихи, траурная музыка, цветы, цветы – всё красные, горсть земли, брошенная в могилу. Были неожиданные слезы – словно люди хоронили кого-то близкого и родного, а не дальнего, навсегда неизвестного солдата, которого никто никогда не дождется. Были прощальные залпы над могилой, под «Прощание славянки» держали равнение на свежий холм военнослужащие в/ч 64044. И опять подошли близко слезы: «Не дай вам Бог, ребята, не дай нам Бог»… Для того нам и дан праздник великой Победы – чтобы никогда ничего похожего не повторилось.

Да, накануне Дня Победы всё было, как положено. По-людски, одним словом. А в начале апреля всё начиналось, как всегда: с вроде бы «случайной находки», досадного недоразумения, вмешавшегося в рабочий ритм и занявшего часть дорогого рабочего времени.

«Отдельные фрагменты костей можно найти на современной дневной поверхности»

В акте «Археологического центра Псковской области», представленном председателю государственного комитета по культуре и туризму Псковской области Зинаиде Ивановой, обстоятельства произошедшего изложены сухо, то есть – документально: «10 апреля 2008 года при выполнении работ по фиксации нарушений памятника федерального значения «Культурный слой древнего Пскова...» на территории Псковской областной больницы от рабочих ЗАО «Энергоремонт», ведущего работы по прокладке кабелей энергоснабжения к операционному блоку, поступила информация о находке человеческих костей в траншее, заложенной в непосредственной близости от нового здания.

Псковская областная больница. Спутниковая съемка, кадр с портала Google. Место обнаружения костных останков.

При осмотре указанного места выяснилось следующее. Зигзагообразная траншея под электрокабель пересекла в общем направлении восток-запад внутренний дворик, образованный главным зданием больницы, пристроенным к нему новым операционным блоком и объемом поликлиники. Траншея прошла на расстоянии 1-6 метров вдоль южного фасада нового здания операционного блока. Траншея имеет ширину — 0,7- 1 м; глубину от современной дневной поверхности — 0,7-1,2 м. На момент осмотра по дну траншеи была выполнена песчаная подсыпка мощностью до 0,3 м.

В зафиксированном в стенках траншеи переотложенном черном слое были обнаружены фрагменты и целые кости человеческих скелетов. Глубина залегания костей от 0,05 до 0,5 м. Кости также содержались в отвалах грунта. По свидетельству очевидцев, а также учитывая местоположение костных останков в стенках траншеи, кости залегали хаотично, не в анатомическом порядке. Представлены практически все кости скелета: фрагменты черепов, целые и фрагментированные кости конечностей, таза, ребра, ключицы, фаланги пальцев. По результатам судебно-медицинской экспертизы кости принадлежат 7 индивидуумам.

Анализ стратиграфии стенок и характера слоя заполнения указывает на то, что траншея прорезала отложения, представляющие собой перемещенный в течение последних десятилетий грунт, в составе которого находились останки, возможно переотложенные ранее. Максимальная концентрация костных останков фиксируется в западной части траншеи в месте ее изгиба при подходе к зданию операционного блока.

При последующей засыпке траншеи и проведении планировочных работ также было собрано значительное количество костей, приблизительно от 3-5 человек. Грунт из отвалов был частично перемещен на газоны во внутреннем дворике больницы, в результате чего отдельные мелкие фрагменты костей можно найти на современной дневной поверхности. Можно прогнозировать залегание костей на указанной выше глубине по всей западной половине внутреннего дворика».

Псковское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, поисковики, археологи не первый раз призывают к обсуждению ситуации с массовыми захоронениями времен Великой Отечественной войны на территории Пскова. Собственно, обсуждения проходят регулярно, хотя и носят, скорее, внутренний характер, поскольку происходят на заседаниях различных секций ВООПИиК.

«Археологи давно знают, что на территории Псковской областной больницы без конца встречаются костные человеческие останки. Известно, что здесь есть рвы с массовыми захоронениями советских военнопленных времен Великой Отечественной войны. Но уже много раз случалось, что при обнаружении останков в ходе проведения очередных земляных работ с этими костями ничего не делают. Известны случаи, когда их вывозили на свалку вместе с грунтом, или закапывали на прежнем месте», - рассказала директор «Археологического центра Псковской области» Елена Яковлева. То, что археологи, проинформированные рабочими, увидели 10 апреля – это опять же так называемая «обратная засыпка», что и зафиксировано в акте. Иными словами: «то, что наши отцы» через десятки лет после окончания войны (во время строительных работ 1987 года и позже) перелопатили, мы в начале XXI века лопатим по очередному кругу.

Заместитель председателя Псковского областного отделения ВООПИиК Антонина Тарасова, действуя в соответствии с законом Российской Федерации от 14 января 1993 г № 4292-1 «Об увековечении памяти погибших при защите Отечества» обратилась в администрацию города Пскова, поскольку, цитируем закон: «Ответственность за захоронение, оборудование и оформление могил и кладбищ погибших при защите Отечества возлагается на местные орган власти и управления и органы военного управления».

«Специальных исследований некрополя на территории областной больницы не проводилось»

Справедливо было бы отметить: в администрации Пскова от этой ответственности никогда не открещивались. Во всяком случае, публично и официально – никогда. Вот и на этот раз создали комиссию с участием сотрудников городского управления культуры, прокуратуры, общественности (ВООПИиК – напомним, общественная организация, даром что в Пскове она зачастую в деле охраны исторического наследия кидается на все амбразуры вместо государственного органа охраны памятников). Скорбные находки были «заактированы» и переданы в компетентные органы для экспертизы (при обнаружении человеческих останков в любом случае возбуждается уголовное дело, чтобы исключить криминал). Результаты этой экспертизы в акте тоже есть – найдены останки семи человек, они и похоронены теперь в одном гробу в Песках.

«Представлены практически все кости скелета: фрагменты черепов, целые и фрагментированные кости конечностей, таза, ребра, ключицы, фаланги пальцев» (из акта «Археологического центра Псковской области»). Фото: Алексей Старков

Почему же у всех постоянных участников подобных событий как будто «мышь под сердцем сидит и казенные сухари грызет» (Чехов)?

Тут самое время продолжить чтение, точнее, цитирование (и обширное) акта: «В 1987 году при рытье котлована, примерно в 60 м к Северо-западу от места обнаружения останков в 2008 году, впервые были обнаружены человеческие разрозненные кости. Проведенная тогда экспертиза подтвердила, что останки пролежали в земле около 50 лет и вероятно относятся к периоду Великой Отечественной войны.

Архивные данные, предоставленные ГАПО (Государственный архив Псковской области) по запросу ВООПИиК, подтвердили факт наличия массовых захоронений (траншей) советских военнопленных на территории больницы. Согласно информации ГАПО: «Еще один лагерь военнопленных находился в так называемом «госпитале» на Интернациональной улице в зданиях бывшей колхозной поликлиники, гараже и бараке № 45 Первой советской больницы… Были обнаружены два места захоронения и на территории «госпиталя», возле так называемого барака № 45. Комиссия пришла к выводу, что на данном участке захоронено не менее 3200 советских военнопленных. Возле здания бывшей колхозной поликлиники кладбище занимало площадь размером 30х25 метров, на котором обнаружено 9 рвов, каждый длиной 35 метров, заполненных труппами. Общее количество похороненных в районе бывшей колхозной поликлиники военнопленных комиссия определила не менее 15 тыс. человек. (Р-903, оп. 3, д. 97 л. 35, 37, 38; д. 98 л. 33, 35, 36, 82-85)».

После освобождения Пскова экспертной комиссией по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков было произведено вскрытие 4-х могил, находящихся в восточной части территории лазарета (возле так называемого барака № 45)…

Специальных исследований некрополя или эксгумации на территории областной больницы в советское время не проводилось. Останки, обнаруженные в 1987 году были перезахоронены на территории мемориала в Песках. По данным А. Н. Тарасовой (зам. председателя Псковского областного отделения ВООПИиК) в составе ответа ГАПО существует копия «Акта о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков на территории г. Пскова....», план захоронений. В 1989 году на месте западной части проектного пятна операционного блока проводились археологические исследования (рук. Ершова Т. Е.). По данным отчета об археологических исследованиях (Отчет о работах ПАЭ за 1989 г. Раскоп на территории областной больницы. С.393-396) также известно о находках разрозненных человеческих костей.

Таким образом, несмотря на то, что обозначенная территория находится в границах охранной зоны культурного слоя древнего Пскова и требует археологического сопровождения при проведении всех видов земляных работ, важно предусмотреть особый режим для участка северной части территории Псковской областной больницы, в районе построек 2-й пол. ХХ века, к западу от главного корпуса. Все виды земляных работ на этом участке должны проводиться с учетом наличия на указанной территории массовых захоронений советских военнопленных».

«Нельзя на этих местах строить жилые дома!»

В советские времена, когда государство заклинало: «Никто не забыт и ничто не забыто» (особенно «не забыты» те, чье имя неизвестно), на такие сентиментальные излишества, как полное исследование захоронения, где может быть погребено пятнадцать тысяч (!) человек, а также на эксгумацию останков, не замахивались. При масштабах наших общенациональных потерь – что такое 15 тысяч, или 35 тысяч, или даже 150 тысяч человек под землей? Даже чувство гордости умудрялись примешивать, когда говорили о каждом метре земли, «политом кровью». Метры земли, перемешанной с костями, звучало, конечно, менее романтично. Но война как будто продолжалась и «всё списывала». Мертвые не должны были мешать живому.

Если кому-то кажется, что мертвым уже всё равно, а живым всегда – всё равно, пусть он в следующий День Победы придёт на церемонию очередного перезахоронения. Фото: Алексей Старков

Они нам вообще уже ничего не должны. Беда в том, что и мы, произнося над свежими могилами слова о «неоплатном нашем долге», долг этот «оплачиваем» только из острой необходимости, вызванной, в лучшем случае, стыдом, а в худшем – нежеланием нарываться на публичный скандал с теми, кому всё еще кажется бесчеловечной дикостью строить новое счастье на костях мучеников войны.

«Отказа прямого никогда ни в чем нет. Но и механизма работы, постоянно действующего органа или лица, отвечающего за перезахоронение останков, нет. А на территории Пскова очень много таких захоронений – это ни для кого не секрет.

Первая проблема в том, что современное хозяйствование эти зоны не должно затрагивать. Эти зоны надо изучать, маркировать, устанавливать памятные знаки: причем из соображений как этических, так и практических. Нельзя на этих местах строить жилые дома! Во-первых, прошло еще достаточно мало времени. Во-вторых, мы все-таки живем в начале XXI века, когда такие понятия, как тонкие поля, биоэнергетика нельзя не учитывать. В месте, где столько людей было убито и страдало – жить потом очень долго нельзя», - попробуйте поспорить с Еленой Яковлевой. Известна информация о том, что в домах, стоящих на местах массовых захоронений, существенно выше смертность.

Со мной, кстати, как-то спорили – по этому же поводу, когда в 2006-м году при строительстве очередного «военного» дома по улице Юбилейной рабочие вскрыли несколько траншей с останками военнопленных, похороненных на территории находившегося здесь во время войны концлагеря. Спорил один сотрудник администрации города Пскова, человек умный, но в силу служебных обязанностей очень огорчившийся из-за поведения руководителя Псковского областного поискового объединения «След «Пантеры» Николая Горбачёва. Он тогда, видите ли, выразил в прессе крайнюю обеспокоенность тем, что обнаруженные останки вместе с землёй вывозятся в Ваулины Горы.

Сотрудник всё желал узнать – нельзя ли как-то донести до «уважаемого Николая Антоновича», что весь Псков, можно сказать, стоит на костях. И ничего. И всегда так было. По крайней мере, последние лет шестьдесят… Пришлось ему тогда напомнить, что, кроме самого знаменитого псковского поисковика, свое возмущение происходящим выражала, прежде всего, извините за выражение, общественность. И не какая-нибудь «организованная» – вроде того же сильно не любимого чиновниками всех уровней ВООПИиКа – а самая что ни на есть обыкновенная. Проще говоря, рядовые люди, проходившие мимо стройки, живущие рядом, заметили, что делается с извлеченными останками. Увидели, как пацаны черепа растаскивают, как по-тихому вывозят останки на свалку вместе с грунтом. И вот от чего-то (к удивлению чиновников) всё это людям очень не понравилось. Сотрудник тогда остыл и выразил полное понимание, хотя… Как же сложно всё это. Сложно всё это ворошить.

«Переотложенная» память

«С одной стороны, можно по привычке голосить – ах, наше государство что-то там не финансирует. В данном случае большого объёма финансирования не нужно. Мне кажется, мы сейчас уже в том состоянии, когда сами что-то можем сделать. В данном случае, мы собрали кости. Антонина Николаевна Тарасова прошла все стадии необходимой процедуры, собрала комиссию, собрала бумаги, провели экспертизу. Новый главврач областной больницы Анатолий Петрович Волков заказал гроб и венок. На заседании разных секций ВООПИиК мы неоднократно обсуждали вопрос о том, что на проекты охранных зон необходимо нанести зоны массовых захоронений. И мы это сделаем. На это особые деньги не нужны. Главным остается вопрос этики – в том числе этики должностных лиц», - пытается как можно мягче выразить свою главную тревогу Елена Яковлева.

Необходимо создать прецедент обыкновенного, человеческого отношения к праху тех, благодаря которым мы сейчас живем, строим здания, разбиваем клумбы, разбрасывая по ним их кости… Фото: Алексей Старков

А главная тревога состоит, на наш взгляд, в том, что и в XXI веке государственные и муниципальные власти при застройке или проведении иных работ на земельных участках, в которых находят останки погибших во время Великой Отечественной войны, все еще не решаются создать очень важный прецедент. Прецедент состоит в том, чтобы помочь специалистам, или хотя бы – позволить им, или хотя бы – им не мешать, кивая на острую производственную необходимость, детально изучить эти территории, произвести перезахоронение ВСЕХ найденных останков. То есть создать прецедент обыкновенного, человеческого отношения к праху тех, благодаря которым мы сейчас живем, строим здания, разбиваем клумбы, разбрасывая по ним их кости…

Иначе получается – какая-то «переотложенная» память.

Археологи свое особое мнение высказали и по бывшему «госпиталю» для военнопленных: «Необходимо провести полную эксгумацию останков на указанной выше территории внутреннего дворика с целью их перезахоронения и освобождения участка под хозяйственную деятельность. Кроме того, обращаем внимание на то, что в Законе Российской Федерации от 14.01.1993 № 42-92-1 «Об увековечивании памяти погибших при защите Отечества» предусмотрен порядок перезахоронения останков погибших. Обеспечение сохранности воинских захоронений и согласование работ в непосредственной близости от них возложены на органы местного самоуправления».

Если кому-то кажется, что мертвым уже всё равно, а живым всегда – всё равно, пусть он в следующий День Победы придёт на церемонию очередного перезахоронения (будут они еще, как это ни прискорбно, будут, и – должны быть). Постоит в толпе, в которой седые мужчины (не солдаты той войны, разве что – последние свидетели, солдатами были их отцы) вдруг начинают смущенно смотреть в землю, думая, что никто не видит, как они смахивают слезы. Удивится вдруг расплакавшейся совсем молоденькой девчонке: «А ей-то что? Она-то о ком?»

В такие моменты очень быстро доходит, что всё это было совсем недавно. Было здесь. Было с нами. И каждому, сколько бы ему ни было лет, есть о ком плакать. Только вот скорбеть над клумбами или траншеями для прокладки электрокабеля – это надо дойти до крайней степени неуважения. И к себе тоже.

Война закончилась. Она уже ничего никому не спишет.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  4950
Оценок:  11
Средний балл:  10