Статья опубликована в №44 (816) от 16 ноября-22 ноября 2016
Культура

Возвратный механизм

Если знать дорогу, до прошлого можно добраться очень быстро
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 19 ноября 2016, 16:49
Возвратный механизм

Первым делом я стал сравнивать два перевода книги Владимира Набокова The Real Life of Sebastian Knight — привычный перевод Сергея Ильина («Подлинная жизнь Себастьяна Найта») и перевод Геннадия Барабтарло («Истинная жизнь Севастьяна Найта»). Причина в том, что персональная выставка фотохудожника Арсения Семёнова «Возвращение», проходящая в Выставочном зале Псковского отделения Союза художников России, начинается с фотографии, которая попала на обложку книги «Истинная жизнь Севастьяна Найта», вышедшей в издательстве «Азбука».

Этот роман Владимира Набокова для меня давно и прочно ассоциируется с фотографиями. Так что когда в 2014 году мы издавали роман «Копи царя Салтана», то эпиграфом я, конечно же, взял цитату из романа «Подлинная жизнь Себастьяна Найта» («Автору, пишущему вымышленную биографию, требуются фотографии джентльмена…» и т. д.).Так что нет ничего удивительного, что редакторы «Азбуки» тоже захотели поместить на обложку книги «Истинная жизнь Севастьяна Найта» фото некоего джентльмена. Но почему обратились к Арсению Семёнову? Такой вопрос я задал своему однофамильцу Арсению Семёнову, которого не видел с 2005 года — с тех пор, как закончил преподавать историю в Псковском техническом лицее, в котором он тогда учился.

«Со мной связались из издательства «Азбука» и попросили фотографию для обложки, — ответил Арсений Семёнов. — Я, естественно, согласился, как только узнал, что это за автор». — «А кто на фотографии?» — «Это мой друг, питерский кавээнщик»…

КВН возник в этой истории неслучайно, хотя, казалось бы, нет ничего дальше от творчества Набокова, чем КВН.

Обложка книги «Истинная жизнь Севастьяна Найта». Фото Арсения Семёнова.

Дело в том, что всерьёз заниматься фотографией Арсений Семёнов начал благодаря Александру Иванову — создателю псковской творческой компании «Астра Видео», одному из создателей кавээновского движения в Псковской области. «Благодаря ему, — уточнил Арсений Семёнов, — и благодаря Денису Высоцкому, который в Псковском техническом лицее меня туда затащил, я пошёл в КВН. И ещё благодаря Андрею Стрелину, которого вы когда-то тренировали… Далее я снимал для друзей, но Александр Витальевич в школьном лагере приметил меня с фотоаппаратом, придумал фотопроект, который теперь в этом лагере каждый год, и заставил меня снимать. Сначала мне не нравилось, а потом втянулся…» — «Когда это было?» — «Это был 2006 год». — «И с той поры вы фотографируете не останавливаясь?» — «Да». — «Этим зарабатываете на жизнь?» — «Я зарабатываю на победах в фотоконкурсах. Изредка снимаю свадьбы — раза два в год».

Благодаря победам на конкурсах, в том числе международных, фотографии Арсения Семёнова стали популярны в интернете, что рано или поздно должно было закончиться персональной выставкой в Пскове (автор живёт в Петербурге).

Фотография Арсения Семёнова с персональной выставки «Возвращение».

«Это первая персональная выставка?» — «Одна персональная была давно в Петербурге — на открытии фотостудии. А так обычно они совместные…». — «Сколько стран попали в объектив?» — «Три. Россия, Франция — Париж, и несколько фотографий из Италии». — « Посетители выставки спорят, где коллажи, где фотошоп… Никак не могут разобраться». — «Здесь только на нескольких фотографиях фотоколлажи. Для многих фотографий фотошоп нужен только для того, чтобы добавить глубины, которой не может добавить оптика».

Мы подошли к одной из самых заметных фотографий выставки. Фотография называется «Ремонт теплотрассы во время крещенских купаний». Пришлось уточнить у автора: «Это ваши цветовые фантазии?» — «Нет, я только чуть добавил яркости».

Фотография «Ремонт теплотрассы во время крещенских купаний» Арсения Семёнова с персональной выставки «Возвращение».

Арсений Семёнов — сын псковского художника Сергея Семёнова. На открытии выставки «Возвращение» Сергей Семёнов сказал: «У него была выставка задумана как чёрно-белое кино, и мы его уговорили на цветное паспарту, на цветное оформление работ. И когда мы начали вешать, я понял: мы ошиблись, чёрно-белое оформление было намного выразительней и давало глубину и окно в другой мир, космос».

Да, возможно, чёрно-белые фотографии были бы выразительнее, но «Ремонт теплотрассы во время крещенских купаний» — особый случай.  Такой эффект возникает только при цвете. Как будто сказка соединяется с былью.

Для первой персональной выставки название «Возвращение» не самое привычное. Куда возвращение? В Псков? Возвращение к репортажной съёмке?

«Я стал пытаться отойти от близких до этого постановочных съёмок к репортажным, чтобы снова разжечь желание фотографировать, — объяснил Арсений Семенов. — Но в то же время стал подходить к мысли, что нужно пересмотреть всё то, что было сделано ранее. С декабря 2015 года я отсматривал и переделывал все свои лучшие фотографии, которые сделал за 10 лет. Хотелось вернуться, снова радовать и удивлять зрителей тем, что, как мне кажется, удаётся мне лучше всего».

Фотография Арсения Семёнова с персональной выставки «Возвращение».

С тех пор как региональное отделение Союза художников стало сотрудничать с Фондом Волошина, выставочная жизнь оживилась. На открытии присутствует столько народу, что приходится возвращаться в выставочный зал на следующий день, чтобы как следует рассмотреть работы в более спокойной обстановке. «Возвращение» — это как раз то, к чему хочется вернуться. В спокойной обстановке — без джазовой музыки, звона бокалов на фуршете, без приветственных речей и телевизионных камер — выставка «Возвращение» лишь подтверждает первое впечатление: выставок в действительности несколько. На первой — хорошо продуманные постановочные кадры, сделанные так, чтобы всё выглядело многозначительно и красиво. На второй — поэтические символистские коллажи. А вот на третьей — репортажная съёмка. Фотографическая непредсказуемая стихия. Но даже здесь у Арсения Семёнова проявляется то, что очевидно на постановочных фотографиях и коллажах. Если говорить коротко, то это поэтизация быта. Лёгкое, в рамках разумного, приукрашивание действительности. За десять лет беспрерывных съёмок автор не растерял любопытства и всё ещё стремится найти красоту всюду, куда бросает взгляд. Ремонт теплотрассы, фанаты с горящими файерами, спортивные соревнования, уличные зарисовки… Если присмотреться, всюду кипит или хотя бы теплится жизнь.

Арсений Семёнов на открытии выставки «Возвращение». Фото: Алексей Семёнов / «ПГ»

***

Если же сравнивать два перевода романа Набокова, то там, где у Барабтарло «младенец памяти», у Ильина «память-дитя», там, где у Барабтарло «розовость трафаретного воспоминания», у Ильина «румянец мнемонической пошлости». Кажется, что в  «Подлинной жизни…» Набокова больше, чем в «Истиной жизни…»

«…Вместо нынешнего прямого и стесненного уличного потока видишь — на этой подкрашенной фотографии улицу шириною в сон, всю в скособоченных дрожках под небывало синими небесами, которые там, вдали, непроизвольно заливаются румянцем мнемонической пошлости», — написал безжалостный Набоков.

Память — это тоже возвращение. Возвращение в прошлое. К прошлому никогда не угасает интерес потому, что с ним можно делать всё что угодно. Подкрашивать, менять, останавливать на лету самое прекрасное и копировать, размножать его, переосмысливать и домысливать, преображать… Или оставлять точно таким, каким его запомнил ваш фотоаппарат.

А потом прошлое можно поместить в рамку, подобрать паспарту, повесить на стену и возвращаться к нему.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  457
Оценок:  9
Средний балл:  10