Статья опубликована в №41 (813) от 26 октября-01 ноября 2016
Культура

Музыка из воздуха

Лев Термен изобрёл не только терменвокс
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 30 октября 2016, 14:44

Фраза «я спросил Термена о Ленине» звучит довольно странно. Но я действительно спросил Термена о Ленине. Это был не Лев Термен, а правнук изобретателя терменвокса Пётр Термен, только что прочитавший в рамках проекта «Ветка» в медиахолле псковского драмтеатра лекцию «Терменвокс: от Ленина до Led Zeppelin». Все три составные части 22 октября 2016 года присутствовали или были упомянуты: терменвокс, Ленин и Led Zeppelin. Более того, были ещё видео виртуозной исполнительницы игры на терменвоксе Клары Рокмор (поступившей по классу скрипки в петербургскую консерваторию в пять лет), видео огромного японского оркестра музыкальных инструментов матреминов и один матремин (с виду обычная матрёшка), на котором Пётр Термен сыграл вживую.

«Не видать певца полей»

Инструменту, который в России называется терменвокс, скоро исполнится сто лет. Так что совсем экзотическим его назвать трудно. Сам автор назвал его этеротон (звук, возникающий из воздуха, эфира), но это название не прижилось.

На терменвоксе играют сотни музыкантов. Кто интересуется рок-музыкой, наверняка не только о нём слышал, но и слышал его. Первое, что приходит на ум, — это соло Джимми Пейджа британской группы Led Zeppelin, особо эффектное в концертной записи Whole Lotta Love. Пейдж там обходится без гитары, устраивая перекличку с Робертом Плантом. Плант играет своим голосом, а Пейдж играет руками по воздуху. В этом как раз и есть суть терменвокса. Способов звукоизвлечения в мире не так уж и много. На одних инструментах щиплют струны, по другим ударяют, в третьи дуют… А здесь не ударяют и не дуют, а водят по воздуху руками. Хотя, как пояснил Пётр Термен, глубокие вдохи и выдохи тоже влияют на звук.

В физической лаборатории Абрама Иоффе в 1919 году инженер и музыкант Лев Термен, создавая измерительный прибор, сделал непрофильное открытие: изобрёл новый способ звукоизвлечения. Первоначально он придумывал прибор, способный при помощи звука измерять объём газа. Но инженер Термен всё-таки был ещё и виолончелистом с консерваторским образованием. В результате появился электромузыкальный инструмент, который на Западе назовут theremin, или, иначе говоря, терменвокс. С виду — прямоугольная коробка с двумя антеннами. Вертикальная прямая антенна отвечает за тон звука, горизонтальная подковообразная — за его громкость. Таким образом, исполнитель, водя руками по воздуху, правой рукой меняет тон, а левой — громкость. На слух можно воспроизводить самые сложные мелодии.

Пётр Термен рассказал, что терменвокс — не первый электронный музыкальный инструмент. Первыми были телармониум и его предшественник динамофон. Пётр Термен предложил погадать, сколько весил, предупредив, что немало. Псковские зрители стали предлагать свои версии: сто килограммов, пятьсот, тонну… Кто-то сказал: 100 тонн. «Близко», — ответил Пётр Термен. Оказалось, что американский  изобретатель Тадеуш Кахилл в 1906 году представил публике электромеханический музыкальный инструмент весом 200 тонн.

200 тонн металла — слишком большое искушение, чтобы не сдать их на металлолом. Другое дело — терменвокс. В первые годы он выглядел как компьютерный процессор, и с ним можно было гастролировать. Одна из первых публичных демонстраций состоялась в Политехническом музее. В 1922 году Льва Термена пригласили в Кремль в кабинет к Ульянову (Ленину).
Термен подошёл к терменвоксу, личный секретарь Ленина Лидия Фотиева села за рояль. Дуэтом они сыграли «Этюд» Скрябина и «Лебедя» Сен-Санса… Третье произведение играли уже втроём — обеими руками Ленина водил Лев Термен. Заканчивал пьесу Ленин уже в одиночку, на слух определив, как надо играть.

После лекции я уточнил: что играл Ленин? «"Жаворонка" Глинки», — ответил правнук Льва Термена и принялся читать наизусть слова Нестора Кукольника: «Между небом и землей // Песня раздаётся, // Неисходною струёй // Громче, громче льётся…»

Дальше у Кукольника звучит: «Не видать певца полей! // Где поёт так громко // Над подружкою своей // Жаворонок звонкий…»

«Не видать певца полей» — это не только про жаворонка. Когда человек играет на терменвоксе, то при определённом движении рук из воздуха возникает человеческий голос. Словно где-то рядом находится невидимая певица. Впрочем, это может быть похоже и на звуки скрипки, виолончели, на тревожные шумы — как очень высокие, так и очень низкие… Можно играть вибрато или «прямым звуком».

Для начала Пётр Термен сыграл «Катюшу» и прочитал лекцию об истории терменвокса.

Пётр Термен, терменвокс и псковские зрители. Фото: Алексей Семёнов / «ПГ»

Лев Термен Ленину не только Скрябина и Глинку играл. Было у него и более практичное изобретение — электрическая сигнализация (тогда это называлось «электронный сторож»). Председатель Совнаркома ею тоже заинтересовался, на прощание написав записку наркомвоенмору Льву Троцкому: «Обсудить, нельзя ли уменьшить караулы кремлёвских курсантов посредством введения в Кремле электрической сигнализации?»

Позднее сигнализация Термена появилась по всему свету, включая знаменитую американскую тюрьму Алькатрас, куда в 1934 году как раз посадили Аль Капоне.

«Рояль — это интернациональная балалайка!»

Разговор о Льве Термене — это неизбежно разговор о знаменитостях из абсолютно разных сфер. Имя Термена ненавязчиво соединяет имена Троцкого, Аль Капоне, Чарли Чаплина, Ингрид Бергман, Нила Армстронга, Джимми Пейджа, Ленина, Альберта Эйнштейна, Айседоры Дункан, Тосканини, Бернарда Шоу, РокфеллераТуполева, Рахманинова

На той встрече с «вождём мирового пролетариата» Лев Термен получил мандат на бесплатный проезд по всей стране и в последующие годы объехал с лекциями-концертами 150 городов. По тем, да и даже по нынешним временам эти выступления выглядели очень необычно и походили на цирковые номера. Называлось это «Новые пути музыкального творчества». Концерты проходили в престижных залах, включая Большой зал петроградской (ленинградской) филармонии.

Чудеса происходили не только на сцене, когда Лев Термен подходил к своему инструменту. Появлялись так называемые музыкальные иллюстрации, когда при отдельных нотах и музыкальных фразах меняется освещение. Это была цветомузыка. Параллельно в зале вызывались разные запахи. Устраивались и оптические эксперименты: зрителям казалось, что стены ходят вверх-вниз. Покачивались кресла. Подлокотники делались то жёстче, то мягче... Некоторые эффекты позднее использовались шоуменами и электронщиками других поколений (Жан-Мишелем Жаром и др.).

Как пояснил Пётр Термен, его прадед выступал с такими интерактивными концертами до начала 30-х годов, а потом отказался от них, потому что «они выглядели как шоу, а он хотел, чтобы терменвокс воспринимался как серьёзный инструмент».

Это было время экспериментов — иногда страшных, иногда дурацких, иногда смелых. Пётр Термен упомянул имя авангардного композитора Арсения Абрамова.

Это тот самый композитор и писатель Абрамов, который именовал себя Реварсавром (Революционный Арсений Абрамов). О нём упоминал писатель Мариенгоф, описавший встречу Реварсавра и Луначарского. Реварсавр предложил к первой годовщине революции устроить концерт — исполнить «Героическую симфонию». Ни одного традиционного инструмента использовать не предполагалось. «Героическую симфонию» должны были исполнять гудки всех московских заводов, фабрик и паровозов. «Необходимую перестройку и настройку этих музыкальных инструментов взялся сделать сам композитор при соответствующем мандате Совнаркома». Реварсавр собирался дирижировать целым городом

По словам Мариенгофа, Луначарский ответил: «Я немедленно доложу о вашем предложении товарищу Ленину... Но, признаюсь, — смущённо добавил Луначарский (он не любил отказывать), — признаюсь, я не очень уверен, что товарищ Ленин даст согласие на ваш гениальный проект. Владимир Ильич, видите ли, любит скрипку, рояль...»  «Рояль — это интернациональная балалайка! — перебил возмущённый композитор». Во всяком случае, так разговор описал Мариенгоф (о Мариенгофе в свою очередь Реварсавр написал книгу).

А Пётр Термен на псковской лекции рассказал о том, что Арсений Абрамов, помимо всего прочего, написал петицию Луначарскому, в которой предложил сжечь все рояли (я сразу подумал о пяти сгоревших роялях во время двух пожаров в псковской областной филармонии). Абрамов утверждал, что старые инструменты ограничивают возможности. Правда, со своим собственным роялем, занимавшим половину пространства его скромного жилища, Реварсавр расставаться не спешил. То ли дело «художественное высказывание», когда на глазах обугливается новенький Steinway & Sons.

В общем, в то время композиторы активно занимались поисками. Но даже на этом фоне терменвокс выглядел революционно в хорошем смысле слова.

«Музыкальный трактор, идущий на смену сохе»

Во время лекции Пётр Термен процитировал Осипа Мандельштама. Действительно, в «Путешествии в Армению» Мандельштама есть такой эпизод: «Речь зашла о «теории  эмбрионального поля», предложенной профессором Гурвичем». И далее здесь же сказано: «Растение — это звук, извлечённый палочкой терменвокса, воркующий в перенасыщенной волновыми процессами сфере. Оно — посланник живой грозы, перманентно бушующей в мироздании, — в одинаковой степени сродни и камню, и молнии! Растение в мире — это событие, происшествие, стрела, а не скучное бородатое развитие!..»

Вот такие бывают ассоциации.

Терменвокс к началу тридцатых годов превратился в довольно популярный инструмент. Его совершенствовали. Его внедряли в оркестры. С терменвоксом не стеснялись связываться серьёзные музыканты. Ученик Льва Термена Константин Ковальский выступал со знаменитой меццо-сопрано Надеждой Обуховой. Это было трио: терменвокс, голос и виолончель.

Появились настоящие электронные ансамбли, состоящие не только из терменвоксов. Термен изобрёл электронную виолончель, электронный контрабас, ритмикон (первую ритм-машину), терпситон (металлический лист-антенну: когда на таком листе танцуешь, каждое движение звучит)... Когда Термен выступил в 1924 году вместе с симфоническим оркестром, советские газеты написали: «Изобретение Термена — музыкальный трактор, идущий на смену сохе».

Матремин, Пётр Термен, терменвокс и Лев Термен. Фото: Алексей Семёнов / «ПГ»

Трактор не трактор, но к телевизору Лев Термен тоже имеет отношение. Принято считать, что изобрёл телевизор русский эмигрант Владимир Зворыкин, в 1933-м в США продемонстрировавший иконоскоп. Но и у Льва Термена, когда он учился в политехе, дипломная работа называлась «Электрическое дальновидение». Он продемонстрировал действующие макеты устройства для «беспроволочной» передачи изображения на расстояние. Это было в 1926 году. Изобретение, конечно, засекретили. В СССР оно не пригодилось. Ближе к концу 20-х годов в СССР возможностей внедрять свои изобретения было уже не так много. Термен, оставаясь гражданином СССР, переселился в Нью-Йорк, арендуя там шестиэтажный особняк. Именно тогда-то он и познакомился с Альбертом Эйнштейном и множеством других знаменитостей, приходивших к нему в гости (Рахманинов, Равель, Гершвин, Дюпон, Форд). Дуэт Эйнштейн-Термен, когда Эйнштейн играет на скрипке, а Термен на терменвоксе, это как минимум весело.

Во время парижского концерта в Гранд-опера желающих попасть на концерт было столько, что пришлось применять полицию. Стравинский тогда написал: «В Париже только и говорят, что о Льве Термене». Газеты писали: «Русский извлекает музыку из воздуха».

Даже сейчас имя Термена на Западе очень хорошо знают. Этот русский с французской фамилией (его предки были французами) был и остаётся одним из самых известных русских, живших в XX веке. В СССР и России всё не так. И понятно почему. Лев Термен был так талантлив, богат, знаменит и успешен, что его не могли не репрессировать. Об этом Пётр Термен в своей лекции почему-то не упомянул.

В 1938 году Термена тайно вывезли из США на борту советского парохода (американская жена его больше не видела никогда). Ещё недавно он музицировал с Эйнштейном и общался с Рахманиновым  и вот он уже находится на Колыме, в лагере. И шансов выжить у него было не так уж много. Мандельштам, например, не выжил. Но Термен был изобретателем. Он сконструировал какие-то особые рельсы для тачки, и его бригада стала перевыполнять норму. До кого-то дошло, что этот человек не только советский раб и что он может ещё что-то полезное изобретать. Термена отправили в «шаражку», где уже сидели Туполев и Сергей Королёв (будущий легендарный конструктор Королёв стал у Льва Термена лаборантом).

А в мире много лет считалось, что Термен погиб в 1938 году. Так, во всяком случае, писали музыкальные энциклопедии.

Пока Термен сидел в лагере, терменвокс в мире набирал популярность. Сэмуэль Хофман в 1947 году написал рапсодию Music out of the moon, где звучит терменвокс. Именно с этим альбомом отправился на Луну в 1969 году астронавт Нил Армстронг.

Пока Хофман презентовал в 1947 году свою рапсодию, считавшийся мёртвым Термен сидел в «шаражке» и изобретал систему «Буран» для прослушивания объектов на дальнем расстоянии. Термен даже получил за изобретение в 1947 году Сталинскую премию – в качестве бонуса к тому, что его оставили в живых.

Выйдя на свободу, прежней известности он уже не обрёл. А когда на Западе всё же с запозданием узнали, что знаменитый Термен жив, то у изобретателя снова настали не самые лучшие времена.

К тому времени терменвокс активно использовался в рок-музыке, особенно в спейс-роке. Американская психоделическая группа конца шестидесятых годов Lothar and the Hand People вообще объявила себя «первой в мире группой, фронтменом которой является не музыкант, а музыкальный инструмент». Терменвокс звучал в записях The Beach Boys, The Beatles, Pink Floyd и много кого ещё. И звучит до сих. Особенно часто в кино, обычно в фильмах ужасов.

К тому времени, когда мир узнал о «воскрешении» Термена, тот возвратился к привычной деятельности, вернулся на работу в Московскую консерваторию, создал несколько инструментов… Но общение с корреспондентом «Нью-Йорк Таймс» ему дорого стоило. После интервью его на всякий случай уволили, а инструменты выкинули.

Свой последний концерт Лев Термен дал в 1993 году в возрасте 97 лет. Разумеется, это было не в России, а в Королевской консерватории в Гааге. Там открывался музей электронной музыки, куда пригласили дочь Льва Термена Наталью. Она играла на терменвоксе. В конце пьесы к ней присоединился Лев Термен, о котором создатель первого музыкального синтезатора американец Роберт Муг однажды сказал: «Он сделал в музыке то же, что и братья Райт в авиации».

В конце концерта-лекции Пётр Термен отвечал на вопросы. Зрители интересовались, чем можно играть на терменвоксе. Правнук изобретателя вспомнил, что видел по каналу «Культура», как Илья Лагутенко играл на терменвоксе языком. Петру Термену это не очень понравилось. Общее качество современных терменвоксов правнук изобретателя оценил так: «Я вижу деградацию, а не эволюцию, если называть вещи своими именами».

Если называть вещи своими именами, выступление у зрителей вызвало оживление. Напоследок Пётр Термен сыграл на терменвоксе не в самом тёплом зале Summertime Гершвина и экспериментальную пьесу собственного сочинения. А потом объявил о наборе в группу желающих обучаться игре на терменвоксе. Занятия он намерен проводить в Пскове.

Школ терменвокса в мире существует две в России и Японии. Конечно, желающие могут отправиться в Японию, но записаться на занятия на 4-дневный интенсивный курс в Пскове проще. А пока занятия не начались, желающие выстроились возле терменвокса и матремина.

Желание извлекать музыку из воздуха не пропадает.

О проекте «Ветка» читайте здесь: раз, два, три, четыре, пять.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  460
Оценок:  4
Средний балл:  10