Статья опубликована в №28 (800) от 27 июля-02 августа 2016
Вернисаж

Искушение масштабом

Сколько у Зураба Церетели картин, столько автопортретов. Хотя ни одного автопортрета вроде бы на псковской выставке нет
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 25 июля 2016, 13:55

Спрашивают: «Так приехал Зураб Церетели на открытие своей выставки в Псков или нет?» Считайте, что приехал. То есть физически он был где-то в другом месте, но казалось, что в выставочном зале Псковского музея-заповедника он всё-таки присутствовал. И присутствует до сих пор, потому что выставка открылась в День города — 23 июля 2016 года. «Церетели здесь всюду, — так выразился один художник. — В каждом углу».

1. Прикосновение

Всё так и есть. Сколько картин, столько автопортретов. Хотя ни одного автопортрета вроде бы нет. Но широкая натура Зураба Церетели чувствуется не только в каждой картине, но и в каждом цветке на картине, в каждом лепестке.

Я не видел, чтобы у картин какого-либо другого художника, выставляемых в псковских галереях, посетители делали столько селфи. Они фотографировались не с понравившимися картинами, а со знаменитостью. Или с тем, к чему знаменитость прикоснулась.

Церетели не просто скульптор или художник. Он поп-звезда. Поп-академик. Поп-президент. И как любой поп-звезде, любой скандал ему только на пользу.

И когда появилась информация о том, что в Пскове всё-таки покажут выставку Церетели, недовольные нашлись сразу, имея в виду, что где Церетели, там гигантомания.

В действительности это не совсем так. Достаточно дойти до псковской гостиницы «Рижская», у которой тринадцать лет назад установили статую княгини Ольги работы Зураба Церетели. Помню, когда объявили, что Псков от Церетели получит дар, многие псковичи встревожились: не будет ли дарёная статуя выше Троицкого собора? Но знаменитый скульптор смилостивился. Памятник оказался небольшим, почти карманным. Мы видим княгиню-воительницу с мечом. Хорошо, что не на вздыбленном коне.

2. Энергоресурсы

В 1964 году Зураб Церетели оказался в парижской мастерской Пабло Пикассо. Пикассо предрёк тогда грузинскому художнику большое будущее («глубоко чувствует цвет, обобщает форму, работает в традициях Пиросмани»). Особенность Зураба Церетели в том, что он постмодернист, и это значит, что его как художника этика, видимо, волнует меньше всего. Его интересует форма, цвет… А изваять он может что угодно и кого угодно – хоть клоуна, хоть Папу Римского. И это будут равноценные фигуры. Никому он не отдаст предпочтения. Отсюда и послужной список его скульптур: Жириновский, Атос, Христос, Арамис, Портос, Путин, Высоцкий, Сергей Михалков, Пастернак, де Голль, Ахматова, Пётр I, Сталин, Рузвельт, Черчилль, Маленький принц, Колумб, Лужков, Иоанн-Павел II, Чарли Чаплин, Табаков, Ахмат Кадыров… Он кого хочешь изваяет. И награды у него такие же — от ордена Почётного легиона до ордена имени Ахмата Кадырова.

Зураб Церетели. «С днём рождения, Сандр!». Холст, масло.

Из всех творений мне больше всего запомнился его Высоцкий — тот, что с головой лошади у правой коленки, с огромной правой рукой и, главное, с православными куполами за спиной (они там словно стрелы в колчане). Образцовый китч, выставленный в Москве. Скульптуре «Путин в кимоно» до него далеко.

Постмодернист должен быть всеядным, но это не говорит об отсутствии индивидуальности.

Церетели, безусловно, узнаваем. Достаточно пройтись по трём псковским залам и вглядеться в живопись и скульптурные рельефы. Много-много ярких красок, обязательные лица с толстыми губами, большие руки (такая же рука у княгини Ольги, стоящей в Пскове на Рижском проспекте). Это и есть Церетели, о котором в день открытия было сказано много тёплых слов. Дело в том, что сотрудники Псковского музея, включая нынешнего директора Юрия Киселёва, принимали участие в воссоздании храма Христа Спасителя (Церетели руководил завершением воссоздания этого храма). Директор Псковского музея-заповедника запомнил Церетели «человеком неуёмной энергии, работающим с утра до вечера». Другие подтвердили: «Заряжен энергией, как молодой человек, откуда что берётся — непонятно».
С этим никто не спорит. Церетели до сих пор, в 82 года, работает как заведённый. Не у всех стран и городов хватает силы воли отказаться от его скульптурных даров и инсталляций.

Евгений Ромашко, советник президента Российской академии художеств, которой Церетели руководит, сказал, что «легче перечислить, в каких городах не было его выставок». Теперь вот первая персональная выставка открылась и в Пскове. Один из организаторов выставки Николай Москалёв на открытии задался вопросом: «Опять Церетели? Говорят, что его много… Но это масштабная личность. Везде его принимают, везде его понимают…»
Да, везде, но не всегда и не все. Было бы удивительно, если бы и в Пскове не нашлись те, кто сказал, что показанные работы к искусству отношения не имеют («яркая мазня»).

Зураб Церетели. «Ликанта». Холст, масло.

Через край

Главная особенность Церетели — его избыточность. То, что он делает, — всё-таки искусство, но оно непременно должно бить через край. Большинство его произведений словно бы вываливаются из рам, заполняя всё пространство. В них нет воздуха, неба, но в них определённо чувствуется автор. При этом знатоки поблагодарили организаторов за «хороший костюм» — в смысле за грамотное оформление выставочного пространства. Иногда бывает, выставки оформляются небрежно. На этот раз с оформлением было всё в порядке. Справа броские живописные работы, слева семь бронзовых скульптурных рельефов. О бронзовых рельефах не скажешь, что это «яркая мазня». Они ведь бронзовые: «Молочница Полина», «В мечтах», «Ожидание», «Искушение», «Опять расставание»… Ноги как руки, руки как ноги…

Зураб Церетели. «В гостях у Багиры». Холст, масло.

Это всё что угодно, только не реализм. Относиться к Церетели как к реалисту неправильно. Это неопримитивизм и в то же время эклектика, цитирование… Бывает, такое именуют странным термином «поставангард». Имеется в виду, что в 20–30-е годы существовал русский авангард, а в 50–60-е появился поставангард: постсюрреализм, «новые дикие», новый конструктивизм… И Церетели где-то здесь поблизости.

Зураб Церетели. «Искушение». Бронза.

На первый взгляд, парадокс в том, что именно он в 90-е годы оказался вблизи архаичного московского градоначальника Юрия Лужкова. Постмодернисту Церетели было не так трудно приспособить свои вкусы к вкусам Лужкова не только потому, что немолодой искушённый Зураб Церетели знает подход к власть имущим. Просто вся российская власть последних лет двадцати пяти такая же эклектичная. В головах больших начальников смешалось всё со всем. Пушкин и Путин, Ленин и Николай II, жертвы, палачи, князья, большевистские комиссары, священники. Всё со всем совместимо и друг другу не противоречит. И в этом смысле Церетели — главный художник эпохи. Его искусство агрессивно, то есть не укладывается в границы. Переходит через границы в наступление. Кажется, что ему планеты Земля уже становится мало.

***
Юрий Киселёв на открытии выставки подошёл ко мне и сказал: «Согласитесь, что это знаковое для Пскова событие».

Соглашаюсь. Знаковое.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  696
Оценок:  5
Средний балл:  10