Статья опубликована в №41 (863) от 25 октября-31 октября 2017
Колонки

Мединская докторская

Для того, чтобы спасти антинаучную диссертацию министра культуры, потребовалось насилие над наукой
Лев ШЛОСБЕРГ. Лев ШЛОСБЕРГ. 25 октября 2017, 18:15

В минувшую пятницу, 20 октября, президиум Высшей аттестационной комиссии (ВАК) отказался лишить докторской степени по истории министра культуры Владимира Мединского за его работу «Проблемы объективности в освещении российской истории второй половины XV – XVII веков». Длящийся более полутора лет скандал завершился (хотя ещё не факт, что завершился) бюрократической «победой» Владимира Мединского «по очкам» (14 голосов членов ВАК было подано за сохранение его докторской степени, шесть — против, четверо воздержались) и полным моральным поражением диссертанта по существу. Скандал исключительно ярко показал непотребное отношение российских властей к науке как системе объективных знаний о действительности. И показал о власти больше, чем о самом Мединском.

Диссертация Владимира Мединского, с которой познакомились за минувшие с начала скандала полтора года тысячи, если не десятки тысяч, людей, по мнению специалистов самых разных научных школ и даже идеологических симпатий, просто не совместима с наукой, не имеет к ней никакого отношения.

«Защита доктора Мединского» велась постыдными кулуарными политическим методами и породила политический и общественный скандал, последствия которого в первую очередь для авторитета российской науки ещё впереди.

«Заказ политических кругов»

Суть стократно разобранной на цитаты диссертации можно изложить в двух словах: «Иностранцы — лжецы». На обоснование этой, мягко говоря, несвежей во всех смыслах идеологемы Мединский (или люди, помогавшие ему изложить эту нехитрую мысль многословно) потратил не только время, но и репутацию.

Впрочем, судя по содержанию «мединской докторской», именно такая репутация нужна политику Мединскому. Просто он не предполагал, что его отравленная примитивной идеологией компиляция вторичных текстов кого-то заинтересует профессионально. Но сообщество «Диссернет» заинтересовалось.

Человек, оказавшийся в центре такого публичного скандала, если желает сохранить репутацию в научном мире и обществе, должен добровольно отказаться от учёной степени. Но вопрос репутации для доктора антиисторических наук Владимира Мединского решён, судя по всему, давно. Научная репутация в его системе ценностей не востребована: востребованы идеологическая пропаганда и политическая конъюнктура.

Что по существу идеи решил доказать Мединский с помощью требующего объективности и щепетильности научного труда? Сугубо пропагандистский в основе своей тезис: он выбрал несколько десятков записок иностранцев о России XV—XVII веков и решил показать, что их сведения необъективны.

Вообще субъективность всех записок очевидна, и это совсем не новость. Но Мединский попытался научно на уровне докторской диссертации обосновать вывод, что иностранцы плохо писали о России потому, что таков был «заказ политических кругов» — оболгать и тем самым ослабить Российскую державу. По его мнению, доказательство этого тезиса заслуживает докторской степени.

Приключения колобка

В течение полутора лет после поступления в Высшую аттестационную комиссию заявления докторов исторических наук Вячеслава Козлякова и Константина Ерусалимского, а также лингвиста, эксперта сообщества «Диссернет» Ивана Бабицкого о лишении учёной степени доктора исторических наук Владимира Мединского министр последовательно уклонялся от участия во всех заседаниях по обсуждению своей диссертации. С апреля 2016 года и вплоть до октября 2017 года Мединский под различными предлогами не смог найти время для участия в обсуждении научного качества своего труда.

Впрочем, сами власти (в первую очередь Министерство образования) всячески помогали ему в этом. Вузы шарахались, как от червивого колбасного пирожка, от «чести» дать оценку качеству навыков исторического исследования министра культуры. Состояние «колбасного пирожка» с развитием скандала ухудшалось на глазах, открытие следовало за открытием, и все они были постыдными для диссертанта.

Сначала ВАК направила труд министра от греха подальше в диссертационный совет Уральского федерального университета, но там умудрились нарушить сроки рассмотрения диссертации, и «пирожок» вернулся в Москву.

В феврале 2017 года диссертационный совет исторического факультета МГУ, куда перекатился «пирожок», не стал рассматривать диссертацию Мединского, потому что совету её просто не предоставили, при этом представитель совета выступил со странным заявлением о том, что формально никто не предъявил к диссертации претензий в плагиате, соответственно, и рассматривать нечего. Вопрос о научности диссертации (а именно он и был поставлен оппонентами Мединского из «Диссернета») не обсуждался.

«Пирожок» в поисках непривередливого потребителя перекатился в провинциальный Белгород, где 7 июля 2017 года диссертационный совет Белгородского университета не нашёл оснований считать диссертацию ненаучной, но подобострастно высказался публично о самом заявлении о лишении Мединского учёной степени, которое якобы носит «развязный оскорбительный тон, который не имеет никакого отношения к научной дискуссии».

Диссертация второй свежести

По процедуре рассмотрения заявления после рассмотрения на диссертационных советах вузов «пирожок» переслали в экспертный совет Высшей аттестационной комиссии по истории, который 2 октября подавляющим большинством голосов рекомендовал лишить министра учёной степени по истории именно за ненаучность работы по существу, подробно изложив претензии учёных к «мединской докторской»:

  • некорректное название;
  • несоответствие цели работы и её структуры;
  • сама формулировка научной проблемы автором не выдерживает критики («обобщение материалов» не может быть научной проблемой);
  • главный исследовательский принцип работы является ложным положением, входящим в непримиримое противоречие с принципами научности, объективности и историзма; вот цитата, являющаяся квинтэссенцией «научной» позиции Мединского: «Критерием положительной или отрицательной оценки <…> могут быть только национальные интересы России. Первый вопрос, на который должна честно ответить историческая наука, — насколько то или иное событие или частное деяние отвечает интересам страны и народа. Взвешивание на весах национальных интересов России создаёт абсолютный стандарт истинности и достоверности исторического труда»;
  • произвольный отбор источников (рассмотрены сочинения Адама Олеария, Адольфа Лизека и Иоганна Корба, вне внимания диссертанта оказались десятки текстов, среди которых информативные и важные для исследования свидетельства Августина Мейерберга, Якова Рейтенфельса, Андрея Роде, лейб-медика царя Алексея Михайловича Самуэля Коллинза, Фуа де ла Невилля, Патрика Гордона и др.); Мединский утверждает, что им «впервые проведено комплексное, системное исследование и сформировано целостное представление о восприятии и оценке общей картины повседневной жизни московского общества европейцами, побывавшими в нашей стране во второй половине XV — XVII веках», но о подавляющем большинстве источников Мединский просто не упоминает;

  • сомнительными являются принципы формирования источниковой базы и методы источниковедческого анализа, применяемые автором: в докторской диссертации должны использоваться первоисточники на языке оригинала по наиболее исправным аутентичным изданиям, Мединский же пользовался только переводами на русский, что приводит к очевидным казусам: диссертант пытается давать оценки терминологии авторов сочинений о России, в то время как термины, о которых он пишет, принадлежат не оригинальным текстам, а их переводам на современный русский язык; например, Мединский упрекает Герберштейна за то, что тот назвал князя древлян Мала «государем», хотя «статус государя он не имел», но в латинском тексте стоит термин princeps, а в немецком — Fürst, и то, и другое слово соответствуют русскому «князь» (каковым и назван Мал в летописях);
  • в историографическом разделе работы отсутствует значительное количество современных исследований проблемы (не упомянуты труды О. Г. Агеевой, М. М. Крома, Л. Е. Морозовой, В. Д. Назарова, А. И. Филюшкина, А. Л. Хорошкевич, М. По и др.).; характеристика работ предшественников выполнена весьма избирательно; многие исследования, внесённые в список литературы, в историографической части диссертации не анализируются;
  • Мединский, судя по тексту диссертации, не работал с указанными им архивными делами (посещение им читального зала Российского государственного архива древних актов (РГАДА) документально не зафиксировано), он, очевидно, пользовался текстом путеводителя (!) по архиву, в лучшем случае — описями, ориентируясь на заголовки дел или документов; на часть архивных дел, отмеченных в списке использованных источников, в тексте нет даже ссылок;
  • в оценке критикуемых источников автор просто декларирует свою позицию: заявляет, что «на самом деле всё было не так», не обременяя себя поиском доказательств, ненаучный оборот «на самом деле» используется Мединским в диссертации 131 раз; например, А. Контарини и Г. Перкамот отзывались об Иване III положительно, а С. фон Герберштейн — нет, значит, «совершенно очевидно, что австрийский дипломат умышленно очернил Ивана III»; Мединский произвольно выбирает русскоязычные источники, включая летописи, с оценками которых он согласен, и не упоминает те (включая официальные документы), которые не подтверждают или прямо опровергают его тезисы и выводы; например, многократно опровергая ложные, по его мнению, свидетельства иностранцев о пьянстве русских священников, Мединский обходит вниманием материалы Стоглавого собора 1551 года, где этот порок духовенства был признан самой Русской православной церковью; Мединский пишет: «…На самом деле русские люди, по сравнению с иностранцами, были настоящими трезвенниками. Ведь им разрешалось употреблять спиртные напитки всего несколько дней в году, по четырём большим церковным праздникам. Иностранцы же пили беспробудно и ежедневно»;
  • сама работа не открывает ничего нового в науке; заявляя, что выводы диссертации — это результат оригинального исследования, впервые сформулированный и доказанный им самим, Мединский просто вводит читателя в заблуждение;
  • некоторые фрагменты диссертации В. Р. Мединского представляют собой изложение выводов других исследователей, причём переданное некорректно;
  • многочисленные фактические ошибки, проще говоря, незнание фактов: «в диссертации В. Р. Мединского их количество зашкаливает, являясь системной, качественной проблемой».

«Я посмотрел, что у него в диссертации — там памфлет. Он пишет диссертацию в лёгком жанре памфлета», — сказал член экспертного совета ВАК по истории Вадим Рогинский.

Владимир Мединский в своей диссертации не различает церковнославянский и древнерусский языки, не видит разницы между Украиной и Литвой, литовскими и польскими послами, не знает о переводе Священного Писания на немецкий язык, сделанном Лютером (Мединский утверждает, что рядовые католики и протестанты не могли читать Священное Писание, так как оно существовало только на латыни, а рядовые христиане в России читали свободно, так как знали церковнославянский).

Члены экспертного совета по истории увидели в диссертации Мединского «отсутствие базовых профессиональных навыков историка и прежде всего научного источниковедческого анализа привлечённых им источников».

В заключении экспертного совета ВАК сказано, что диссертация Мединского не «соответствует требованиям, предъявляемым к диссертациям на соискание учёной степени доктора исторических наук по специальности», поскольку «в ней не содержится положений, которые можно квалифицировать как научное достижение или решение важной научной проблемы».

«Мы глубоко убеждены в том, что неквалифицированная, непрофессиональная работа дискредитирует отечественную науку и тем самым может считаться антипатриотическим явлением», — заявили эксперты.

Вывод экспертного совета абсолютно прост: доктор исторических наук должен быть учёным. Мединский же просто безграмотен как историк.

Перед нами многочисленные претензии к работе уровня студенческой дипломной, автор которой не утрудил себя работой ни с источниками, ни с научной литературой. Но при этом потребовал докторскую. И — удивительно! — получил.

Автореферат из «Твиттера»

Отдельный и чрезвычайно скандальный вопрос — проходила ли вообще защита «мединской докторской», якобы состоявшаяся в Российском государственном социальном университете (РГСУ) в июне 2011 года.

Соискатель учёной степени доктора наук обязан предъявить свои опубликованные работы по теме исследования, напечатанные в научных журналах и изданиях. В автореферате, опубликованном на сайте РГСУ, список публикаций Мединского состоит из десяти научных статей и пяти монографий.

Однако позже оказалось, что все пять монографий существуют только в виде заголовков (в Книжной палате, куда в обязательном порядке направляются все российские издания вне зависимости от тиража, этих книг нет). Как только это выяснилось, в Российскую государственную библиотеку поступила другая версия автореферата, в которой четыре из пяти монографий из списка публикаций исчезли.

Исчезновения коснулись не только заголовков монографий.

Официальными оппонентами в автореферате диссертации министра, хранящемся в Российской государственной библиотеке, были указаны профессора Басир Гасанов, Александр Борисов и Владимир Лавров. Гасанов недавно умер, а Борисов и Лавров 16 октября 2017 года заявили, что не были оппонентами диссертации.

На следующий день, 17 октября, в твиттере (!) Российского военно-исторического общества (РВИО), председателем которого является Мединский, был опубликован вариант автореферата диссертации министра, где напротив графы «оппоненты» указаны фамилии: Владимир Семин, Владимир Тымчик и Анатолий Королев. Однако в редакции «Новой газеты» находится нотариально заверенная распечатка автореферата Мединского с гербовой печатью Российской государственной библиотеки (РГБ), где он и должен храниться.

Член-корреспондент РАН, председатель экспертного совета ВАК по истории Павел Уваров подтвердил со ссылкой на заявления членов совета, что экспертный совет в 2011 году не создавал комиссию, не составлял заключения по диссертации Мединского, не собирался на заседание и не голосовал.

Без этой процедуры диссертация в принципе не могла быть представлена к защите.

Уваров отметил, что заседания экспертного совета всегда проходили по понедельникам, в то время как заключение, якобы имеющееся в диссертационном деле Мединского, принято 30 декабря 2011 года, в пятницу (и в тот же день заключение экспертного совета одобрил президиум ВАК — это невозможная скорость принятия решений в реальной практике присуждения учёных степеней).

Председатель Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки России Владимир Филиппов сообщил на заседании президиума 20 октября, что выписка из протокола заседания экспертного совета ВАК по истории от 30.12.2011 подписана Константином Аверьяновым и получена из дела, имевшегося в РГСУ. Но сам документ членам ВАК не был представлен. Причина лежит на поверхности: заключение экспертного совета не направляется по месту защиты диссертанта, его не могло быть в РГСУ.

Получить само аттестационное дело Мединского оказалось невозможным даже для члена президиума ВАК, доктора исторических наук, профессора, научного руководителя Государственного архива Российской Федерации Сергея Мироненко: сначала чиновник Министерства образования заявил, что дело хранится в «загородном хранилище» министерского архива (его не существует), а затем лично председатель Высшей аттестационной комиссии Владимир Филиппов сказал Мироненко, что диссертационное дело может запросить только сам диссертант — Мединский. Но от него такой просьбы не поступало.

Министерство образования отказалось ответить по существу на вопросы «Новой газеты», когда поступил в Рособрнадзор автореферат диссертации, какая именно версия поступила (теперь их уже существует три), когда была произведена рассылка автореферата.

«Новая газета» обратилась к ректору РГСУ Наталье Починок с просьбой предоставить доказательства того, что книга Мединского вышла в свет в издательстве РГСУ, ответа на запрос не последовало.

«Фактически учёная степень Мединскому не присуждалась. В свете этих обстоятельств Мединского надо лишать учёной степени уже просто по формальным причинам: в связи с тем, что защиты как таковой — с оппонентами и их отзывами — не было, рассмотрения в экспертном совете не было. А в отношении лиц, которые обманули экспертный совет и президиум ВАК, протащив через него дело с отсутствующими или подложными документами, — возбуждать уголовное дело в связи со служебным подлогом», — заявил сооснователь «Диссернета» Андрей Заякин.

При этом у Мединского вообще нет исторического образования. Он учился на факультете международной журналистики МГИМО. В 1999 году он стал доктором наук в области политологии (причём общество «Диссернет» обнаружило следы некорректных заимствований как в кандидатской, так и в докторской диссертации), но как историк никогда не был известен. Судя по списку публикаций в автореферате Мединского, свои первые работы по истории он опубликовал за два года до того, как стал доктором исторических наук.

Судя по всему, Министерство образования просто подарило министру культуры учёную степень доктора исторических наук — и потому что министр, и содержание «правильное».

Мне одному кажется, что это коррупция?

16 октября, буквально за четыре для до заседания президиума ВАК, нескольких членов Высшей аттестационной комиссии, включая главного учёного секретаря комиссии Николая Аристера, вывели из состава комиссии по распоряжению правительства России. Состав ВАК был «отрихтован» под рассмотрение дела Мединского. И он приехал на заседание.

Решение по диссертации Мединского принимала гуманитарная секция президиума Высшей аттестационной комиссии (в неё входят филологи, историки, социологи, юристы и учёные других гуманитарных направлений, а также несколько представителей ВАК).

За лишение Мединского докторской степени проголосовали директор Института лингвистических исследований РАН филолог Евгений Головко, декан экономического факультета МГУ Александр Аузан, научный руководитель Государственного архива РФ Сергей Мироненко, профессор НИУ «Высшая школа экономики» Игорь Данилевский, доктор политических наук Мария Федорова из Института философии РАН и доцент Высшей школы экономики Александр Муравьев.

Полный состав гуманитарной секции президиума публично не объявлялся. Список из 14 проголосовавших за сохранение докторской степени за Мединским остаётся неизвестным.

Наука и жизнь

Учёные отреагировали очень быстро, тем более что нарушенной снова оказалась сама процедура принятия решения.

Председатель экспертного совета по истории Высшей аттестационной комиссии Павел Уваров написал заявление об уходе. «Я считаю, что всё, можно уходить», — сказал учёный. Вслед за ним еще несколько членов экспертного совета также заявили об отставке.

23 октября Совет по науке (совещательный орган при Министерстве образования и науки, в задачу которого входит подготовка предложений по повышению эффективности научной, научно-технической 0и инновационной деятельности) заявил, что решение президиума ВАК не лишать Владимира Мединского докторской степени является «немотивированным».

В ситуации, когда экспертный совет ВАК по истории рекомендовал лишить Мединского степени доктора наук, а президиум ВАК принял обратное решение, произошло нарушение приказа Минобрнауки № 568 от 16.05.2016, который предписывает в случаях подобного расхождения позиций создавать экспертную комиссию.

«Сессия президиума ВАК нарушила процедуру, прописанную приказом министра», — объяснил председатель совета Алексей Хохлов.

Совет по науке при Минобрнауки потребовал рассмотреть решение президиума о докторской диссертации Мединского на пленуме ВАК и отменить его, создать экспертную комиссию, а также провести «всестороннюю проверку новых открывшихся свидетельств о возможных нарушениях как при защите диссертации в совете, так и при принятии решения по ней в ВАК в 2011 году».

Парадоксальность ситуации вполне объяснима: пропагандисту потребовался статус доктора исторических наук для придания веса заявляемым им пропагандистским тезисам и по сути для борьбы с историческим знанием. То есть наука стала в его устах служанкой пропаганды.

Собственно говоря, это и есть главный вывод из всей истории с «мединской докторской»: наука в понимании российских властей должна быть служанкой власти, потакать её прихоти и самодурству, обслуживать её прикладные политические задачи.

То, что сам по себе этот тезис несовместим с наукой, ни автора «труда», ни его защитников не волнует: в их понимании то, что с чем власть согласна, научно, то, с чем не согласна, ненаучно. Как говорится, если факты не соответствуют оценке, тем хуже для фактов.

При нормальной организации системы научной аттестации решение экспертного совета ВАК по истории должно было быть окончательным, потому что это решение специалистов научной отрасли, высшего органа профессиональных историков. Выше его не должно быть ничего. Но — есть, потому что бюрократия не может доверить решение вопроса специалистам, она оставляет это право за собой.

Скандальное решение президиума ВАК ударило не по репутации Мединского (ей уже ничего не повредит, история состоялась), а по авторитету государственных органов, регулирующих аттестацию научной деятельности в России. Но это совсем не личное дело Мединского и ангажированных властью учёных, которые спасли его пропагандистскую диссертацию.

Наука несовместима с ложью.

Наука несовместима с пропагандой.

Простые тезисы, так ведь?

Если президиум Высшей аттестационной комиссии не принимает во внимание заключение экспертного совета по истории, без положительного заключения которого не может быть защищена ни одна докторская диссертация, то что представляет собой сама Высшая аттестационная комиссия? Это объективная структура научного сообщества или направляемый властями политический флюгер? Какова объективность её решений? Какова цена её репутации в научном мире?

Нужно понимать, что решение президиума ВАК является оскорбительным для настоящих учёных. Смысл этого решения заключается исключительно в том, чтобы демонстративно указать на абсолютный приоритет бюрократии над научным сообществом, приоритет власти над интеллектом.

Формальную точку в споре должно поставить Министерство образования и науки, и министр Ольга Васильева неоднократно публично высказывалась в поддержку Мединского, приказ министерства о сохранении за ним докторской степени уже готовится, несмотря на возмущение и протесты научного сообщества.

Министр министру диссертацию не выклюет.

«Мединская докторская» является логичным продуктом политического производства государства, в котором правда является противником власти, чиновник выше разума, а ложь во имя власти стала высшей добродетелью.

В этой системе координат Владимир Мединский — доктор и даже профессор. Но никакого отношения к служению науке и государству эти ненаучные подвиги не имеют. Они дискредитируют государство, позорят научное сообщество и развращают общество.

Развращение общества пропагандой и является единственной целью такого рода «диссертаций».

Неотвратимое заседание Высшей аттестационной комиссии самой Истории по теме «Проблемы объективности в освещении российской истории…» спокойно и без суеты расставит всё и всех на свои места. Лжедиссертации на суде Истории и заслуги по их защите идут в особый зачёт.


Чтобы оперативно следить за самыми важными новостями, подписывайтесь на наши группы «ВКонтакте», «Телеграме»«Твиттере», «Фейсбуке» и «Одноклассниках».

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  5227
Оценок:  29
Средний балл:  9