Статья опубликована в №50 (822) от 28 декабря-10 января 2016
Колонки

Когда поют солдаты

Сирийская война за статус великой державы приносит России новые жертвы
Лев ШЛОСБЕРГ. Лев ШЛОСБЕРГ. 27 декабря 2016, 14:21

Послушны автоматы,
Машины держат ряд.
Когда поют солдаты
Спокойно дети спят!
Марк Лисянский, 1962

Казалось, этот високосный год уже собрал свой урожай смерти. Но последнее предновогоднее воскресенье принесло ещё одну беду. В половине шестого утра 25 декабря через две минуты после взлёта из аэропорта Адлера над Черным морем разбился Ту-154 Министерства обороны России. На нём летели 64 артиста ансамбля песни и пляски имени Александрова во главе с художественным руководителем Валерием Халиловым, которые должны были дать новогодний концерт на российской базе Хмеймим в Сирии. Их сопровождали служащие управления культуры Минобороны и девять сотрудников телевидения: Первого канала, НТВ и «Звезды». Среди пассажиров погибшего борта была исполнительный директор фонда «Справедливая помощь» Елизавета Глинка (Доктор Лиза). Всего на борту находились 84 пассажира и восемь членов экипажа.

Новогодний концерт ансамбля имени Александрова для российских войск в Сирии должен был стать мощной государственной пиар-акцией – символом успешности российской внешней и военной политики. Оставшиеся живыми в России участники ансамбля рассказали, что на концерте планировалось спеть даже «Священную войну» основателя ансамбля Александра Александрова и Василия Лебедева-Кумача.

Советская «Священная война» на базе российских войск в воюющей на всех фронтах Сирии – это, отражение, наверно, какого-то совершенно особенного восприятия мира. Пишут, что ещё один концерт должен был состояться в Алеппо, ставшим трагическим символом этой варварской войны.

Очень похожая, даже более грандиозная и триумфальная пиар-акция в стиле спецоперации уже проводилась в уходящем году в Сирии российскими властями: концерт симфонического оркестра Валерия Гергиева в римском амфитеатре «освобожденной» Пальмиры 5 мая 2016 года. Очевидно, акцию сочли сверхудачной: кадры из античного театра облетели мир.

Потом Пальмиру снова заняли противники российского подзащитного Башара Асада, но концерт в «подлинных римских декорациях» вошел в историю. На реставрацию объектов культурного наследия в Пальмире были выделены средства из российского федерального бюджета. Это также было подано в СМИ очень громко и пафосно.

Война как политическая пиар-акция, война как пропагандистская картинка в телевизоре и на экране компьютера – кто мог думать об этом ещё в конце ХХ века? И вот эпоха таких войн пришла.

Главная цель этих войн – не собственно военная победа (её, как правило, невозможно достичь, потому что война ведётся на чужой территории), а формирование мифа в общественном сознании: мифа о победителе.

Из этого государственного пиара вырастает образ всемогущего правителя, способного вершить судьбы мира.

Российское военное участие в Сирии стало 30 сентября 2015 года «ассиметричным ответом» Владимира Путина на почти всеобщий бойкот, которые устроили ему развитые страны мира после «крымского блицкрига» и авантюры в Донбассе. Ни один член Совета Федерации не проголосовал против удовлетворения запроса президента РФ на использование Вооруженных Сил России за пределами России. Никто из них слова не сказал (и подумал ли?) о возможной цене этой войны. Совет Федерации был согласно закону единственной «линией обороны», которая могла не допустить войны, но выяснилось, что линия обороны открыта, а потенциальные её «защитники» сидят в совсем других окопах и никаких опасений за судьбы граждан не испытывают.

Отчаянный военный рывок в Сирию – это не столько защита «друга Асада», который поддерживает любые позиции России в ООН и не только, сколько выход на почти прямое противостояние с единственной (по оценке самого Владимира Путина) мировой сверхдержавой – США, на уровень притязаний которых российские власти ориентируются почти «по Фрейду». Это попытка вернуться в высшую лигу мировой политики – туда, где Владимир Путин видит себя первым среди равных и где ему совсем не рады после событий в Крыму и Донбассе.

О масштабах российского военного присутствия в Сирии можно сделать вывод, обратив внимание на сведения нескольких источников о том, что начальник Генштаба Минобороны Валерий Герасимов и начальник ГРУ Генштаба Игорь Коробов собирались лететь в Сирию этим же Ту-154, однако в последний момент их поездка была отменена. На борту, как объявлено, находился начальник главного управления военной полиции Министерства обороны Владимир Ивановский, занявший свой пост только в августе.

Официально российские власти признали гибель на войне в Сирии 22 российских военных. Сколько погибло на самом деле – знают только военачальники, информация указом Владимира Путина объявлена государственной тайной.

У сирийской войны есть очень опасный религиозный контекст: противники Асада, как и большинство мусульман в мире (в том числе в России) – сунниты. На стороне Асада выступает ливанское шиитское военизированное движение «Хезболла», признанное в цивилизованных странах террористическим. Именно после присоединения «Хезболлы» к силам Асада Египет разорвал с Сирией дипломатические отношения, а суннитские проповедники призвали к джихаду против Асада. Под этот гнев попала и Россия.

Президент России не имеет права не понимать смысл и возможные последствия таких своих действий, в том числе внутри России.

Показателен текст соболезнования, поступившего от Асада Путину: «С огромным прискорбием мы получили известие о крушении российского самолета Ту-154, на борту которого находились наши дорогие друзья, которые хотели разделить с нами и жителями Алеппо радость победы и праздников», — написал политик, который до сих пор находится у власти во многом благодаря Владимиру Путину.

Путину тоже есть за что благодарить Асада. 6 марта 2014 года (во время крымских событий) Асад направил Путину телеграмму, в которой сообщил о «поддержке Сирией рационального миролюбивого курса президента Путина на восстановление стабильности в странах мира и борьбу с экстремизмом и терроризмом». 27 марта 2014 года на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН Сирия вошла в число 11 стран (из 193), которые отказались при голосовании по резолюции 68/262 подтвердить суверенитет и территориальную целостность Украины в её международно признанных границах и таким образом поддержали российские действия в Крыму.

Обоюдная «радость победы и праздников» обернулась смертью.

Это уже второй самолет, пассажиры которого стали жертвами сирийской войны: первым стал чартерный туристический рейс 31 октября 2015 года, взорванный террористами над Синаем, тогда погибли 224 человека, к родным которых и всему российскому обществу так и не обратились публично ни президент России, ни его премьер-министр. Только месяц спустя после катастрофы было признано очевидное с первых дней: это был теракт.

Трагедия 25 декабря, судя по последним данным, – скорее всего, не теракт.

Но все 92 человеческие жизни – это жертвы сирийской войны России.

Если бы этой войны не было, все были бы живы.

Война смешала карты жизни и сложила из непредсказуемой череды случайностей карту смерти.

Концерт ансамбля песни и пляски им. Александрова на фронте – обычное дело. Вопрос в том, где этот фронт, чья это война.

Российское военное участие в Сирии – война с самого начала рукотворная, придуманная, политическая. Война – как огромная декорация, прикрывающая дикость, духовную и материальную нищету российской жизни.

А гибнут на этой войне люди, которые её не начинали, не вели и не собирались вести. Но война пересекла их линии жизни.

Они не шли на эту войну, но попали на неё.

Такова природа всех чужих войн: на них гибнут свои, родные, – за чужое.

И, кроме безысходного отчаяния от невозможности повернуть время назад и переписать жизнь, которая ещё вчера могла сложиться совершенно иначе, только сделай другой шаг, сознание заполняет простой и жестокий вопрос: за что?

За свободу и независимость нашей Родины? Но война в Сирии – это не отечественная война.

За величие России? Но величие государства не определяется его способностью вести войны где угодно, с кем угодно и за что угодно.

За уничтожение терроризма? Но сирийская война не останавливает, а разжигает терроризм, увеличивает число террористических актов и убийств во всем мире, повышает риски большой войны.

Так за что?

Сирийская война вытеснила с экранов российских телевизоров украинскую войну, которая не привела к успеху и перестала «вдохновлять» российское общество. Российское государство переключило все свои силы на новый «театр военных действий».

Театр здесь – ключевое слово.

Только смерть на сцене этого театра – настоящая.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  3734
Оценок:  46
Средний балл:  8.1